Книга Мы не можем (не) быть вместе, страница 146 – Сара Ривенс

Поднявшись наверх, я увидел, что Эша нет в гостиной. Тут завибрировал телефон, и я взял трубку.

— Поднимайся на крышу, когда придешь.

Выйдя на террасу, я увидел, что кузен сидит на краю, свесив ноги. В руке у него был стакан, на полу – бутылка виски и пачка сигарет. Я поежился от холода и сел рядом.

— Приятного аппетита, – произнес я и схватил кусок пиццы.

Ощутив божественный вкус, я застонал. Какая же красота! Эш ел молча, глядя на небоскребы.

— Эш, как думаешь, у нас когда-нибудь настанет мир, как раньше?

— Конечно, – ответил он. – Я буду умиротворен, когда убью Уильяма и посажу Рика за решетку.

— Собираешься его посадить?

— Да, к нашим кузенам, за которых я еще не заплатил «выкуп».

Несколько наших кузенов сидели в тюрьме. Да, нас тоже могут арестовать. Но у нас есть преимущество: наша семья может дать огромную взятку, чтобы мы не отсиживали бесконечные сроки. Поэтому, когда член семьи попадал в тюрьму, как правило, это была ловушка, расставленная самой семьей. Последнего задержали с поличным за рулем автомобиля, куда один из наших людей подбросил тяжелые наркотики. Можно не уточнять, что мы сами вызывали полицию, как настоящие стукачи, но, конечно же, исключительно анонимно. Это было так приятно.

«Если кто-то из членов семьи станет проблемой для других, то он будет либо сослан на неопределенный срок, либо заключен в тюрьму до особого распоряжения». Таково было правило Скоттов. Кузены, которых посадил в тюрьму дядя Роб, все еще ждали, когда Эш их выпустит.

— А потом?

— Что потом?

— Ну, когда разберемся с Уильямом, будем спокойно торговать? – спросил я.

— Придется, – вздохнул Эш. – А после я планирую взять отпуск.

— Правда? А куда мы поедем?

— «Я», а не «мы», – взвился он, и я фыркнул:

— Я повсюду буду следовать за тобой, брат, даже если умру раньше тебя.

— Только попробуй сдохнуть раньше, – пробормотал Эш, глядя на меня с кривой улыбочкой.

Я наполнил стаканы. Наконец-то выдался мирный вечер. Давно мы вот так не сидели. Доев пиццу, я растянулся на полу. Мой взгляд устремился к звездам, а мысли – к Белле, за много километров отсюда. Я был счастлив. Да, жизнь у нас не сахар, и да, мы можем подохнуть в любую секунду, но я был счастлив, что Белла нашлась и мы заново начали то, что у нас было когда-то.

Она – та самая. Я чувствовал это сердцем, я знал, что это она. Причина очень проста: все мы предназначены для кого-то, а она предназначена для меня.

— Чел, – сказал я, не глядя на него, – ты веришь в судьбу?

— Нет, – ответил он, тоже растянувшись на полу.

— Иногда мне кажется, что мы с Беллой избраны судьбой, – промолвил я, думая о той, что все еще играла моим сердцем и разумом. – Почти как ты и Элла.

— Да завались ты! – прорычал Эш.

Меня рассмешила его реакция, он всегда так вскидывался, когда речь заходила об Элле.

— Кстати… может, скажешь, почему ты ее уволил-то? Раз уж мы здесь, в нескольких метрах над ней?..

— Потому что с нами она в опасности.

— Но все невольницы как бы в опасности. Все их задания – сплошная опасность, – напомнил я, намереваясь вытряхнуть его из панциря, в который он залез. – Почему ты не хочешь подвергать ее опасности?

Эш молчал, созерцая звезды с сигаретой в зубах. Но чем дальше, тем сильнее хотелось выпотрошить его за это молчание. Он выпустил дым и коротко проговорил: