Книга Мы не можем (не) быть вместе, страница 157 – Сара Ривенс

— Умолкни! – крикнула она, закрывая уши.

— Она полностью в моей власти, готова мне сдаться. Она выкрикивает мое имя, смотрит на меня и умоляет продолжать до самого рассвета. Я трахаю ее хорошенькую поп…

— Так! Мы все поняли! – перебил я.

Впрочем, я все запомнил. Киара, ты даже не представляешь, что крошка Эш хочет проделать с Эллой.

— Впечатываю ее в кровать так сильно, что…

— ЭШ! – заорала Белла, и он расхохотался.

— У меня сегодня отличное настроение. Офигеть! – изрек кузен и удалился.

У меня тоже, Эш, у меня тоже, сказал я себе, сжимая руку Беллы. Глаза у нее блестели, щеки зарумянились. И она не оттолкнула меня. Наконец-то она стала моей.

23:00. Главный офис в Лос-Анджелесе

— Напомни, как ты ее нашел? – спросила Киара, все еще пораженная тем, что Изобел в наших руках.

— В вонючем клубе в самом центре Манхэттена. Она была в говно, а я пришел туда с Беллой, – коротко поведал я.

— По идее, она должна быть с Уильямом. Не понимаю, почему она явилась одна…

Вместо ответа я пожал плечами. Мне было наплевать, почему она была одна в ту ночь. Я хотел лишь одного – чтобы пришел Эш и спросил у нее, где «жених». О, легок на помине. Он как раз вошел в дверь.

— Где эта шлюха?

— В подвале, – ответила Киара, поднимаясь со стула.

Кузен ядовито осклабился и объявил:

— Пришло время воссоединения. Пойдем встретимся с моей бывшей.

Глаза его устрашающе сверкали. Когда Эш вот так радостно рвется к человеку, которого ненавидит, жди воплей боли и очень много… кровищи.

Бен

— Ты… – выдохнула Изобел, когда ее бывший вошел в комнату.

Двое мужчин, стоявшие навытяжку за креслом Изобел, и глазом не моргнули, увидев босса. Да начнется спектакль…

Скрестив руки на груди, я отшагнул к двери вместе с Киарой. Эш, посмеиваясь, взял второй стул и сел напротив Изобел. Та смотрела на него так, будто видела впервые.

Кузен зажал в зубах сигарету.

— Ты все так же красива… – С его уст сорвался издевательский смешок. – И все такая же сволочь. Некоторые вещи не меняются.

— Не такой я ожидала встречи, Эш. Надеялась на гостеприимство, – с притворным вздохом произнесла она. – Почему я здесь?

— Не торопись, Джонс, у нас куча времени! Лучше расскажи, что ты делала на Манхэттене.

Она в свою очередь ухмыльнулась и ответила наглым тоном:

— Я отрывалась в отпуске, как вдруг один из твоих людей решил похитить меня. Еще и во время моей любимой песни!

Она поморщилась, разминая запястья, прикованные к металлическому стулу наручниками.

— У тебя отпуск? – повторил Эш. – С каких пор твой хозяин позволяет тебе разгуливать в одиночку?

Она рассмеялась:

— Ты говоришь так, будто я его собака, Скотт.

— Для меня так и есть, – откровенно заявил он, снова затянувшись.

— Собака, которую ты трахал и при этом любил…

Взгляд Эша потемнел, но он не повелся на провокацию. Посмотрев на своих людей, спросил:

— У вас здесь есть пепельница?

Мужчины покачали головой.

— Какая жалость, – пробормотал Эш.

Он поднес горящий окурок к ключице Изобел. И, ухмыляясь, прижал его к загорелой коже. Да начнется спектакль!

Джонс закричала от боли, извиваясь на стуле. Эш горящими глазами смотрел, как она страдает. Не хотел бы я оказаться на месте этой сучки. Кузен может быть настоящим садистом, когда захочет.