Книга Так сказала бабушка, страница 2 – Николай Владимирович Андреев

Бабушка хоть и не слыла сребролюбивой, но возможному наследству обрадовалась. Пообещав купить себе и мне по теплому пальто, а если наследство окажется большим – и машину, еще раз перечитала текст приглашения, подписанного неким Романовым, и решила ехать.

Я согласился: ехать действительно надо. И дело даже не в пальто, которые мы ей как-нибудь купим сами – не разоримся, и уж, конечно, не в гипотетическом автомобиле, а в том уважении, которое каждый из нас, живущих, обязан проявить к умершему родственнику. Каким бы он ни был.

Так сказала моя бабушка.

* * *

Не успел я загнать машину во двор, как полил дождь. Крупный, сильный, он обрушился на поселок так же внезапно, как и утих. Не успела бабушка в салоне автомобиля переодеться в плащ, как туча рассеялась и из-за конька крыши, приветливо улыбнувшись, выглянуло солнышко.

Нас встретил работник Худобиных – Михаил, единственный в Мыскино человек, с кем можно было поговорить по душам, не опасаясь того, что тебя перебьют на полуслове и, снисходительно похлопав по плечу, посоветуют чаще прислушиваться к мнению старших. Худой, нескладный, лично мне он был симпатичен тем, что, несмотря на немалые годы – а выглядел он лет на пятьдесят, не меньше, – был напрочь лишен важности, свойственной людям его возраста. Перед тем как ответить на любой, даже самый незначительный вопрос, он – всегда улыбчивый – застенчиво поднимал глаза и смотрел так, словно заранее хотел успокоить собеседника. «Ничего страшного», «Ты, пожалуйста, не волнуйся», «Всё будет хорошо», – казалось, говорил его всегдашний вид. С ним было легко и спокойно. Настолько легко, что даже Виктор, любящий по поводу и без демонстрировать свой дурной характер, «ндрав», как однажды по этому поводу выразилась бабушка, только раз обругал его при первой встрече, видимо «для порядку», и больше, насколько я знаю, не трогал.

Михаил появился у Худобиных около полугода назад. За две грядки земли, выделенных ему дядей Толей в углу своего сада, небольшую зарплату, бесплатную кормежку и каморку на первом этаже рядом с кухней он взвалил на себя все хлопоты по ведению хозяйства. Вставал с рассветом, готовил еду, мыл посуду, убирался в доме, работал на участке. Когда наступал вечер, закрывался в своей комнате, включал телевизор, пил портвейн, о чем, как ему казалось, никто не догадывался, и смотрел бесконечные сериалы. Кто он такой, откуда пришел, мы не знали – на вопросы о своем прошлом Михаил отвечал неохотно. О нем было известно лишь то, что в молодости он работал шофером, задавил человека, попал в тюрьму, отсидел срок и вернулся доживать век в родные места. Еще у него была женщина, у которой он ночевал раз в неделю, с пятницы на субботу, однако о том, что это за женщина и как ее звать, никто не знал. Впрочем, если быть откровенным, никого это особенно не интересовало – всем хватало своих проблем. Женитьба Виктора, гибель Виолетты – дочери дяди Толи и, наконец, смерть после долгой болезни самого дяди Толи отодвинули на второй план все другие события, происходящие вокруг них.

Сегодня как раз была пятница. Открыв дверь, Михаил помог бабушке снять плащ. Подал тапочки и принялся торопливо одеваться. Доложил вышедшему встречать нас Виктору о проделанной работе (обед на плите, газонная трава на лужайке со стороны кабинета скошена, грядки прополоты), попрощался со всеми и, мелко семеня ножками, побежал в сторону автобусной остановки.