Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 122 – Валерий Пирогов

После изучения турецкого языка его планировали направить в резидентуру ЦРУ в Анкаре. Перед выездом он женился на Нэнси Сегебарт, с которой был знаком уже несколько лет.

По странному совпадению, на протяжении многих лет на Эймсе, как и на его отце, продолжал висеть ярлык посредственности. Для этого были основания. Университет он закончил со средним баллом «В» (четыре с минусом). Во время командировки в Турцию, работая под прикрытием должности гражданского служащего ВВС США и имея задачей вербовку граждан СССР и соцстран, он смог завербовать только двух турецких граждан, которые давали второстепенную информацию.

По результатам командировки руководство резидентуры дало ему отрицательную характеристику, как негодному к оперативной работе в качестве вербовщика, рекомендовав использовать в аппаратных должностях в Лэнгли. Поэтому, вернувшись в США в 1972 году, он вынужден был заниматься планированием и анализом чужих операций. Однако здесь руководство оценило по достоинству его усердие и аналитические способности.

Его подключили к работе со знаменитым «Трианоном», завербованным в Колумбии советским дипломатом Огородником, у которого он был куратором вплоть до его отъезда в Москву. После этого успеха его подключают к другой важной работе – кураторству другого агента, сотрудника Секретариата ООН Федоренко, осведомленного о переговорах по ОСВ–1. Контакты Эймса с ним переросли в дружбу и давали большую отдачу.

Вскоре Эймс оказался на острие всех операций, проводимых ЦРУ против СССР с территории США. Его использовали как оператора для контактов с заместителем Генсека ООН Шевченко и другими важными агентами. (В период этой бурной деятельности Эймс познакомился с руководителем Нью-Йоркского корпункта «Правды» Томасом Колесниченко.)

Несмотря на успешную деятельность в 1981 году, руководство ЦРУ настоятельно порекомендовало Эймсу сменить кабинетную работу на «полевые» условия. Очевидно, надеялись, что после приобретенного опыта в работе с серьезными агентами он сможет самостоятельно добиться еще больших успехов.

Выбор стран для его новой работы был невелик: Нигерия или Мексика. И он поехал в Мексику. Здесь вновь выявилась его слабая сторона. Насколько успешно он находил язык с завербованными другими сотрудниками ЦРУ агентами, настолько сложно было ему лично устанавливать контакты и доводить дело до логического завершения – до вербовки.

Чтобы утвердиться в глазах коллег из ЦРУ в качестве оперативника-вербовщика, он выбрал кандидатом на вербовку заместителя резидента КГБ в Мексике по «КР» Игоря Шурыгина и в течение двух лет поддерживал с ним тесные контакты. Однако руководство резидентуры ЦРУ, контролировавшее развитие ситуации, пришло к выводу, что скорее Шурыгин завербует Эймса, чем наоборот.

Неудача серьезно надломила Эймса. Он замкнулся, стал реже выходить в город и пассивно относиться к своим обязанностям. Свое пристрастие к спиртному он пытался оправдать тем, что выпивка его раскрепощает и делает более коммуникабельным. Однако он пил всё больше, быстрее пьянел и переставал контролировать себя. Как говорил сам Эймс: «Я всегда пью до конца!» Это создало ему репутацию любителя выпить, что, впрочем, в то время в ЦРУ не считалось криминалом.

Перед командировкой в Мексику Эймс развелся с женой. Причиной этому послужили банальные семейные неурядицы и её нежелание ехать с ним в Мексику. Вскоре там он встретил Марию дель Росарио Касос Дупюи, атташе по вопросам культуры в посольстве Колумбии, с которой у него в 1982 году начался роман.