Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 44 – Валерий Пирогов

Вскоре после приезда Яковлева в Канаду сотрудник резидентуры ПГУ в Оттаве получил от влиятельного английского бизнесмена предупреждение об осторожности в работе с новым шефом, который находится «под колпаком» у американцев. Через полгода Эймс сообщил, что в ЦРУ, еще со времен стажировки в Колумбийском университете, Яковлева считают «своим человеком» и возлагают на него «большие надежды».

Сотрудники резидентуры фиксировали вызывающе широкий образ жизни Яковлева, у которого регулярно появлялись очень дорогие вещи, абсолютно несовместимые с его официальными денежными доходами. Он также регулярно совершал тайные визиты к западным политикам, не согласовывая их с МИД и КГБ. Однако, когда на Политбюро председатель КГБ Андропов предложил под любым предлогом снять Яковлева с занимаемой должности, Суслов сурово заявил: «Товарища Яковлева на должность посла не КГБ назначал, а партия».

В мае 1978 года, после побега Шевченко, Яковлев в беседе с членом канадского правительства одобрил поступок Шевченко и допустил несанкционированное разглашение сведений, составляющих государственную тайну. Он сообщил подробности операции «Турнир», в ходе которой в агентурную сеть канадских спецслужб был внедрен сотрудник КГБ, что привело к громкому политическому скандалу.

Очевидно, в этот период Яковлев выступал в роли связующего звена между воспитанными Андроповым партийными диссидентами и западными элитами. Именно к нему в Канаду в 1981 году был направлен протеже Андропова новый член Политбюро Горбачев. Не случайно обнаглевший от безнаказанности Яковлев во время визита Горбачева заявил канадской прессе:

– Михаил Сергеевич отсыпается, мы всю ночь пробеседовали. Но если вас что-то интересует, то спрашивайте у меня – Горбачёв мыслит, как и я.

Запад, следуя неписаной традиции, устроил тогда Горбачеву первые своеобразные «смотрины», после которых его поведение изменилось до неузнаваемости. Во время следующей зарубежной поездки после встречи с ним Тэтчер откровенно сказала:

– Горби наш человек, с ним можно иметь дело.

Бывший директор ЦРУ Колби в 1992 году по поводу американских агентов влияния в СССР высказался еще более откровенно: «Вообще-то все новое руководство России было создано Андроповым…»

В 2001 году наступило время сознаваться и для Яковлева, который подтвердил:

– Меня шесть лет на всех съездах и пленумах обвиняли в том, что я вместе с Шеварднадзе и Горбачевым развалил коммунистическое движение. И в каком-то смысле это так и есть. Нам, двум-трём «нетвердокаменным» из Политбюро, всё время приходилось идти на компромиссы. Тут немножечко задобрить, там чуть-чуть отступить. Отвяжутся, мы дальше идем. И ситуация развивалась вперед… На первых порах перестройки нам пришлось частично лгать, лицемерить, лукавить – другого пути не было. Мы должны были – и в этом специфика перестройки тоталитарного строя – сломать тоталитарную Коммунистическую партию.

В России у Яковлева была кличка «Папа», какая кличка у него была в ЦРУ, мы узнаем нескоро, – доступ к особоохраняемой спецкартотеке американской агентуры не имеют даже президенты США.

Рассказывать какие-то подробности о «специфической» деятельности объекта «Барсуки» Виктор считал неэтичным и нецелесообразным, учитывая, что этот объект в то время замыкался на 9-е управление КГБ (охрану), а затем на Службу Коржакова, и продолжает функционировать в системе ФСО и сейчас. Работать там Виктору было не только сложно и опасно, но и интересно.