Онлайн книга «Тайники партизанских троп»
|
После 22 июня 1941 года японские военные приготовления приобрели ещё больший размах. К осени японские войска, дислоцирующиеся во Внутренней Монголии, Маньчжурии, острове Хоккайдо, Корее, Курильских островах и на Южном Сахалине, а также значительные силы флота были подготовлены для внезапного вторжения на территорию наших дальневосточных рубежей и Сибири и ожидали только сигнала. Но сигнала не последовало. 22 июня, когда в Японии получили известия о вторжении Германии в пределы СССР, армейские и флотские Генштабы на совместной конференции пришли к единому мнению относительно двух основных направлений предстоявшей агрессии – «северного» и «южного». Это мнение военных кругов, созревшее задолго до начала войны, стало основой принятого 2 июля на имперской конференции принципиального решения о предстоявшем вступлении Японии во Вторую мировую войну и подготовке военных действий против СССР («северное направление») и против США и Англии («южное направление»). Начальник армейского Генштаба генерал Сугияма заявил, что для подготовки Квантунской армии к вторжению на советские территории потребуется 40–50 дней. 1 июля в Риме японский посол объявил, что Япония хочет активно выступить против России, но нуждается ещё в нескольких неделях. 4 июля германский посол Отт доложил в Берлин: «Японская армия усердно готовится… к неожиданному, но не опрометчивому открытию военных действий против России, первая цель которых – захват областей на побережье. Но уже к августу 1941 года уверенность японского командования в быстрой победе Германии была поколеблена. Стойкое сопротивление советских войск срывало график наступления фашистского вермахта. В начале августа разведывательный отдел Генштаба армии доложил императорской ставке о срыве плана немецкого командования сокрушить Россию за 2–3 месяца. Японцы отмечали, что смоленская оборона задерживает немецкую армию более чем на месяц, война принимает затяжной характер. На основе этого вывода 9 августа японская ставка и правительство принимают предварительное решение о подготовке к нанесению первоочередного удара против США. Однако и в период, когда Япония вела усиленную подготовку к войне против США, работа над вторжением на нашу территорию не была прекращена. Японское командование с максимальным вниманием отслеживало ход войны на советско-германском фронте и состояние группировки наших войск на Дальнем Востоке и в Сибири, стараясь выбрать наиболее благоприятный для себя момент для нападения. * * * — Разрешите? – В кабинет вошёл помощник начальника управления Мальков. — Да, – кивнул Кондратюк. – Что там? — Телефонограмма из Москвы! – Сержант махнул красного цвета тоненькой папкой. – Только что от шифровальщиков. — Давай. Помощник пружинистым шагом подошёл и положил папку на зелёное сукно стола. — Свободен. — Есть! – Помощник крутнулся на каблуках и так же пружинисто покинул кабинет. По привычке глянув на настенные часы, Исай Исаевич раскрыл папку, вынул листок с напечатанным на машинке текстом. Почему-то настенные часы всегда ассоциировались с Москвой, когда оттуда поступали какие-либо указания, предписания или приказы. Возможно, что такая привычка связана с телефонными разговорами с комиссаром, которые всегда проходили в одно и то же время. Вечером или поздним вечером, то есть ближе к ночи. По этому поводу Исай Исаевич задавался вопросом: в какое время комиссар госбезопасности, курирующий восточные регионы страны, звонит руководителям других управлений? |