Книга Тайники партизанских троп, страница 72 – Юрий Мартыненко

— Готовится бунт или побег? – задал в лоб вопрос Мальков.

— Возможно, – согласился осведомитель.

— Когда?

— Бес его знает.

— Кто верховодит?

— Хороший вопрос, потому что с него начинается самое любопытное, если такое слово вообще приемлемо в данной ситуации.

— В смысле?

— В смысле том, что за всем этим, я уверен на почти все сто процентов, стоит сам начальник пункта.

— Что? Тюнин? – изумился Мальков.

— Да, он самый. Сам Марк Захарович.

— Быть такого не может, – усомнился Мальков.

— Как знать, как знать.

— Но такого просто не может быть!

— И это ещё не всё, – доверительно добавил тот почти шёпотом. Он обвёл взглядом окружающее вокруг шконки пространство, состоящее из таких же шконок и храпящих на них людей. Он вопросительно посмотрел на Малькова.

— Да говори уже, – тоже шёпотом отозвался Николай. – Они сейчас все смотрят сны глубокие, – кивнул он на солагерников.

— Слышал, что немцы стремительно наступают и всех заключённых планируется расстрелять.

— Кем планируется?

— Охраной.

— И по чьему приказу?

— По тому. – Зэк ткнул грязным указательным пальцем вверх.

— Зачем?

— Я тоже об этом подумал, когда услышал. Зачем?

— От кого услышал?

— Ну, слухи и есть слухи лагерные, – уклончиво ответил анекдотчик.

— А теперь слушай сюда.

— Ну?

— Мы знаем, что немцев разгромили под Москвой ещё в декабре. Битве под Москвой уже несколько месяцев. Какое стремительное наступление?

— За несколько месяцев всякое может на фронте поменяться, – усомнился анекдотчик.

— Но не до такой же степени, что немцы стремительно перешли в наступление. К тому же мы находимся в глубоком тылу.

— А японцы?

— Что японцы?

— Они ведь спят и видят, как ударить в спину?

— Откуда такая осведомлённость?

— Что я, совсем дурак?

— Не обижайся. Не всё так просто.

— Вот и я о том, что не совсем дурак.

* * *

…Малькову пока известно только одно, что, вероятно, готовится бунт, мятеж или восстание, общей целью этих беспорядков, как их не назови, но суть одна, может стать массовый побег заключённых. Подобного рода противоправные действия могут быть как стихийными и неконтролируемыми, так и организованными.

«Со вторым всё гораздо серьёзнее и сложнее», – мучительно размышлял Николай Мальков, лёжа с закрытыми глазами на шконке и слушая разноголосый густой храп измотанных за день зэков. В бараке стоял густой вонючий запах прелого тряпья, портянок, давно немытых человеческих тел, угольного дыма из самодельных печек, сделанных из старых железных бочек из-под солярки.

Если речь о какой-либо организованной акции, то должен быть конкретный человек, который разрабатывает план и готовит его к дальнейшей реализации. Или использует уже план, подготовленный кем-то другим? А задачей остаётся лишь сама реализация, то есть переход теории к практике?

Что касается слухов, о которых говорил анекдотчик, то их, несомненно, кто-то специально распространяет. И кто-то обязательно поверит и примет роковое решение «умереть свободным» – совершив побег. Информация о происходящем за пределами лагерей поступала в очень дозированных объёмах и с многомесячным опозданием. Также нужно учитывать тот факт, что люди слышали то, что хотели услышать. А именно – о поражениях Красной армии и стремительном наступлении вермахта.

Дальнейшие события, которые не заставили себя долго ждать, Николай Мальков позже прокручивал в голове, точнее, они сами прокручивались, как в калейдоскопе. Менялись картинки событий, развивавшихся столь стремительно, что вряд ли их участники смогли до конца понять то, что с ними произошло в самом начале наступившей весны. Морозы отступили. Скоро будет тепло.