Книга Станция Степная, страница 58 – Владимир Цыбизов

Между тем Нина оставалась совершенно спокойной: очевидно, она уже привыкла к подобным перепалкам. Она посмотрела на Володю и вдруг сказала, склонив голову на правое плечо:

— А у меня Пират есть.

— Пират? А кто это?

— Это моя собака. Я Пирата в комнате заперла.

— Зачем заперла? – с удивлением спросил Володя.

— Чтобы следом не побежал. Он всегда за мной бегает. Если бы я вошла в комнату – и он со мной вошел бы. Потому я его и заперла.

— Так ты же не зашла к нам?

— А я почем знала, что не зайду? Я хотела зайти, а потом передумала. Меня Колька за косу потянул – и мне расхотелось. А Колька и Васька всегда такие, всегда спорят, – неожиданно заключила Нина.

Спорщики, заметив, что Нина и Володя разговаривают, замолчали и выжидательно уставились на них. В их взглядах сквозила обида: подумаешь, нашел с кем разговаривать – с девчонкой. Неужели они хуже девчонки?

— Ладно, нечего тут прохлаждаться, – солидно заявил Федя, все время молчавший. – Пойдемте арбузы есть, а то нам ничего не останется, на станы разберут.

— А как же сад? – спросила Нина. – Я сегодня еще не была там. Может, в саду ночью упала бомба и погубила вишенки, которые я сажала…

— Подумаешь – вишенки! – презрительно заметил Вася. – Вот груши бергамот, которые сажал я, это поважнее. А бомбили здорово, мы до утра в погребе просидели.

— Конечно, в сад сходить надо, – обстоятельно начал Коля, – но упускать арбузы – тоже не резон. Вот что, бежим вначале на колхозный двор, а потом быстренько в сад.

Двухэтажное школьное здание стояло на окраине поселка, в глубине густого фруктового сада. На крыше и зеленых стенах школы были намалеваны темные пятна, которые с воздуха должны были выглядеть как яблони. Очевидно, маскировка помогала, так как еще ни одна бомба не угодила в здание, хотя попытки разбить его были: вокруг здания всюду были видны воронки от авиабомб.

До недавнего времени школа стояла пустой, но несколько дней назад взрывом авиабомбы повредило помещение амбулатории и больницы, и их в целях безопасности перевели временно в здание школы. В больнице лежали местные жители, раненные при бомбежках.

Легко раненные выходили под вечер в пришкольный сад: гуляли по дорожкам или отдыхали на скамейках, которые поделал старый учитель Пал Палыч.

Пал Палыч был не только хорошим учителем, отличным плотником и столяром, но и большим любителем-садоводом. Он жил в небольшом флигеле, стоявшем во дворе школы. Днем старого учителя можно было найти в столярке, как он сам называл маленький сарайчик, где была устроена немудрящая столярная мастерская. Утром и вечером больные всегда видели его в саду. Он или ставил подпорки под отяжелевшие от груза плодов ветки, или поливал приствольные круги колодезной водой, или рыхлил почву, а потом зачем-то прикатывал ее тяжелым каменным катком. В этих работах ему частенько помогали ученики. Правда, сейчас на станции их осталось очень мало, но это ничего. Как говорится, капля камень долбит, из песчинок горы складываются… Этот сад в степи выглядел настоящим оазисом. Здесь были и старые деревья, и посаженные совсем недавно – прошлой весной.

С каждым годом сад расширялся, благо с одной стороны школы была степь.

— Вот засажу всю степь, тогда помирать можно будет, – не раз шутил Пал Палыч.