Книга Станция Степная, страница 61 – Владимир Цыбизов

— Надо Коле оставить, – сказала Нина, когда Вася потянулся за третьим пирожным.

Вася с сожалением посмотрел на оставшиеся три пирожных и медленно убрал руку. Нина проследила взглядом за рукой Васи. Когда угроза оставить Колю без пирожного миновала, она спокойным, назидательным тоном произнесла:

— Коля тоже любит сладкое, думаешь, ты один?

Пришел Коля. Пока он ел пирожное, остальные с деланным равнодушием смотрели по сторонам, точно их совсем не интересовало, что делает товарищ. А Нина даже нарочно дразнила ребят, откусывала от своего пирожного маленькие кусочки, причмокивала и приговаривала:

— Ах, как вкусно! Мне попалось слаще всех. Володя, хочешь откусить? Только самую чуточку, а то оно очень сладкое.

— Нет, не хочу, – ответил Володя, мельком взглянул на Нину и опять отвернулся к огромной медной кастрюле. – Я не люблю, когда очень сладкое. Вот таких, как я ел, я бы еще съел…

Володя замолчал. Вася не выдержал и взглянул на кусочек пирожного в руке Нины – он был маленький-маленький. Вот бы она предложила ему, Васе, попробовать! И что она медлит? Вон, опять откусывает, еще меньше осталось… И все молчит…

Вася с тоской проводил взглядом последний кусочек пирожного, исчезнувший во рту девочки, и невольно проглотил слюну.

Ребята вышли из кухни. Кладовщик уже освободил корзину, и пионеры забрали ее с собой. Дядя Ваня помахал им рукой и крикнул:

— Заходите почаще, ребята. Скоро я вас с таким человеком познакомлю!.. – И дядя Ваня, прищурив глаза, с таинственным выражением лица, на котором одновременно было написано и величайшее восхищение, закачался всем туловищем из стороны в сторону. Ребята разом остановились. Коля спросил:

— С каким человеком?

— А вот с каким. – И повар изобразил ладонью в воздухе мертвую петлю. – Вр-р-р-р-р! Понятно?

— С летчиком? – в восторге закричали ребята.

Дядя Ваня молча улыбнулся и утвердительно кивнул головой.

— А с каким летчиком, как его фамилия?

— Как фамилия? – Дядя Ваня оглядел ребят, многозначительно помолчал, помучил своих друзей минуту, а потом сказал: – С Грохотовым. Тридцать три фашиста сбил. В последнем бою зажег три стервятника.

— О-о-о! – восхищенно пронеслось среди пионеров.

— Двух из пулеметов, а в третьего сам врезался, – продолжал повар.

Мальчишки с восторгом глядели на дядю Ваню. Нина даже раскрыла рот, слушая необыкновенную историю. Было и весело и в то же время немного жутко, как все равно если катаешься на качелях и стремительно несешься вниз, – аж дух захватывает. Так и от рассказа дяди Вани.

Однако Вася не поддался восторженному состоянию. Он вечно искал, к чему бы можно было придраться, как говорил про него Коля. Вот и сейчас Вася наморщил лоб, подумал и спросил дядю Ваню:

— А как же летчик уцелел?

— Грохотов?

— Да.

— А он выпрыгнул из самолета, прежде чем ястребок врезался в фашиста. И спустился на парашюте. Очень просто! Рабочие известкового завода подобрали и сообщили нам. Да мы и так уже машину выслали.

Тут Володя заволновался и воскликнул:

— Колька, так это же тот самый летчик, который из самолета тогда прыгнул, помнишь? Мы тогда траву для кролика собирали. И грузовик разбомбило. А самолет загорелся и врезался прямо в «юнкерса». И оба закувыркались. Верно, дядя Ваня? Над известковым заводом бой шел, верно?