Книга Тайна голубого стакана, страница 125 – Алексей Попков

Нервно закурив, Подкорытов почти бегом приблизился к медведю и с любопытством уставился на его массивную тушу.

— Стоит ли снимать шкуру, – сказал немного погодя Подкорытов, – все равно плохая, да и не успеем. Скоро вечер!

Кивнув головой, Николай, не теряя зря времени, достал из-за голенища сапога острый нож дедовской работы, умело распорол медведю живот, вынул сердце, почки, наконец, отрезал огромный кусок мякоти, из которой больше половины отдал Дозору. Завернув мясо в предусмотрительно припасенную тряпку, мальчик уложил его к себе в мешок.

— Это на ужин и дальше на дорогу, – сказал он деловито, – а тушу свежевать не будем. Правильно сказали, сегодня все равно не успеем, уже темнеет. А медведя на всякий случай валежником закроем. – И, помолчав немного, с горделивой улыбкой добавил: – Видели нашего Дозора, как он ловко медведя задержал? Не каждая собака так сумеет!

— Собака хорошая, цены ей нет! Первый раз в жизни пришлось увидеть такую охоту!

— Конечно, интересно, да не очень, – отозвался авторитетно Николай. – Медведь молодой, глупый еще, года полтора ему, не больше, первое лето без матери по тайге гуляет. Вот если бы мы на старую медведицу-муровятницу нарвались, тогда дело другое, и Дозору нелегко бы пришлось с ней. А это – медведь бурый, они не шибко злые… А кто стрелял-то давеча? – вдруг вспомнил парнишка. – Вы, что ли?

«Слышал-таки выстрелы, – с досадой подумал Борис, – до чего же наблюдательный мальчишка». И ответил самым безразличным тоном:

— Я стрелял по бурундуку, да промахнулся…

Пока Николай собирал валежник и закрывал им медвежью тушу, Подкорытов, нетерпеливо переступая с ноги на ногу, озабоченно думал, как им лучше укрыться в тайге от преследователей.

Солнце уже совсем опустилось за потемневшие горы. В тайге вдруг сделалось мрачно, тени сгущались все больше и больше, низкорослые кусты словно растворились в темноте и стали незаметными, хотя в просветах между кронами деревьев еще виднелось прозрачное небо, уже побледневшее и казавшееся очень высоким.

Бориса очень взволновал этот наглый налет бандитов, ведь он стал теперь «своим», в чем же дело?

Поразмыслив, он решил, что о походе в тайгу, видимо, кто-то был предупрежден, поскольку их заранее ожидали здесь. Бандитов было двое, это он хорошо успел разглядеть. Один находился в засаде, а другой все время за ними следил. Теперь положение изменилось к лучшему. Внезапность, на которую больше всего рассчитывали злоумышленники, ими потеряна. Они сами себя обнаружили, и Подкорытов, хотя и старался перед Николаем казаться спокойным, все же то и дело оглядывался по сторонам и не спускал глаз с тех уголков тайги, которые почему-то вызывали у него беспокойство.

Геолог надеялся, что, пока светло и местность хорошо просматривается, опасаться им нечего. С наступлением же темноты можно ожидать всего, и бандиты, выбрав наиболее удобный момент, попытаются снова напасть.

Решив все-таки заночевать в тайге, хотя еще не зная, в каком месте лучше расположиться, Подкорытов прислушался, уже который раз поглядывая в сторону, откуда в него стреляли. Подозрительного он ничего не услышал. В узкой долине стало совсем темно. Кругом ни звука, словно все замерло. И только едва слышалось мягкое журчание струившегося по дну долины маленького ручейка.