Книга Невидимый фронт, страница 106 – Юрий Усыченко

В то утро, когда Марченко рассказывал Бурлаке о неизвестном человеке и всех обстоятельствах, связанных с «голубой смертью», один из сотрудников контрразведки получил задание обнаружить «спутника» Борисова. Он высматривал неизвестного на следующий день и позже, но одинаково безрезультатно. Дынник скрылся. Видя, что Борисов не носит с собой служебных бумаг, он решил отыскать способ пробраться в бюро. Моро отнесся к такому намерению скептически, обругал Дынника. Дынник, однако, не оставляя своего намерения, обдумывал один вариант за другим. Люк в полу столовой натолкнул его на удачную мысль. Разработав план, Дынник решил посвятить в него Моро.

Очередное свидание Дынника и Моро состоялось у моря. Защищенные высокими береговыми скалами, они могли спокойно беседовать, не опасаясь посторонних глаз и ушей.

Моро злился. Порученное дело до сих пор не сдвинулось с мертвой точки. Дочь Борисова удалось повидать лишь дважды. Беседовала она с Моро любезно, но не долго – торопилась в институт. Дынник без толку шатается неизвестно где, никак не может ничего придумать.

Но сегодня Дынник порадовал «Д–35».

— У меня есть хорошая мысль, – сказал он, когда Моро тяжело опустился на камень у самых волн и небрежным жестом разрешил сесть Дыннику, – уверен, вы ее одобрите.

— Слушаю, – коротко бросил Моро.

— Вы знаете, что в сорок втором году я жил в Энске…

— Были тайным агентом гестапо по борьбе с партизанами, – уточнил Моро.

— Да, – Дынник удивленно глянул на собеседника. – Что же из этого?

— Ровно ничего, – спокойно ответил Моро. – Я хочу сказать, что ваша биография известна мне полностью, но можно все простить тому, кто хочет принести нам пользу.

— Тем лучше… Однажды мы выследили гнездо партизан и окружили их дом. Однако по оплошности одного нашего агента часовой нас заметил и поднял тревогу. Началась перестрелка. Они защищались отчаянно, и скоро мы поняли, что своими силами нам их не взять. Вызвали на подмогу роту эсэсовцев, но когда эсэсовцы ворвались в дом, он был пуст.

— Куда же делись партизаны? Сквозь землю провалились, что ли?

— Не провалились, – многозначительно ответил Дынник, – ушли. Ушли!

— Понимаю: дом имел спуск в катакомбы, и партизаны им воспользовались.

— Мы тоже пошли в катакомбы. Через пять минут командир эсэсовцев взорвался на подложенной партизанами мине. Стало ясно, что вести преследование глупо, отыскать их в этом лабиринте под городом не удастся.

— Дальше, дальше, – нетерпеливо понукал Моро. – Вы или беспечны, или легкомысленны. Переходите к сути дела.

— Потерпите, – миролюбиво сказал Дынник. – Без подробностей нельзя подойти к основному. Вскоре после нескольких других подобных случаев наше командование начало большую операцию по очистке катакомб. Я в ней участвовал.

— Из нее ничего не вышло?

— К сожалению, партизаны скрылись дальше под землю, и оттуда их не удалось выкурить даже газом. И вот в той операции я неплохо ознакомился с катакомбами под центральной частью города.

— Вас потому и выбрали для посылки сюда, что вы знаете город, его специфические особенности.

— Да, Энск мне знаком… Так вот, Милетин, у которого я остановился, как вам известно, занимает маленький старинный домик. Он единственный жилец в нем, соседей не имеет. Под домом подвал, который, как большинство подвалов старых домов, сообщается с катакомбами. Я решил попробовать…