Книга Месть удалась на славу, страница 103 – Ирина Левит

— Вы хотите сказать, что Иноземцев был бы против вашего подарка?

— Безусловно.

— А почему?

— Потому что, когда у моей дочери случилась трагедия, меня рядом не было. Я, как вы прекрасно помните, сидел за решеткой. Через адвоката я обо всем был в курсе… хотя отнюдь не обо всем, меня явно жалели, не посвящали в детали. А у Володи все это происходило на глазах. Более того, именно он непосредственно разбирался со всеми проблемами. И потому у него было другое, более жесткое отношение к Виктору. Он бы ему стакана воды не подал, даже если бы видел, что тот умирает от жажды.

— Но вы ведь тоже ненавидели Марычева, но почему-то решили подарить машину, – заметила Вера.

— Я вам уже говорил: я его презирал, – скривил губы Дымарцев. – А это несколько иное, чем ненависть. Ненависть отключает мозги, а я их как раз включил. И потому, подарив Виктору машину, я от него откупился. Я выкупил у него Алешу.

— В каком смысле?

— Он подписал официальный отказ от родительских прав.

— Вот как?.. Но ведь Марычев и так не претендовал на сына… – озадачилась Вера. – Насколько я понимаю, он его, по сути, вообще не знал…

— Все правильно. Он отказался от сына, когда обнаружил, что тот болен, а мои деньги могут попросту раствориться. Однако Иноземцев позаботился и о деньгах, и о моей семье, да к тому же я сам вернулся. То есть ситуация кардинально изменилась. И Виктор явился ко мне в офис с повинной… Впрочем, я вам это рассказывал.

— Да, рассказывали, – подтвердила Вера. – И вы его едва ли не спустили с лестницы, после чего он уже не появлялся на горизонте.

Дымарцев кивнул.

— Но я предположил, что он может появиться. И уже не с просьбами. В конце концов, он отец Алеши. В общем, могли возникнуть проблемы.

Вера вспомнила свой юношеский бурный роман, который продлился недолго, прекратился по ее инициативе, но после которого родился (прежде всего по настоянию мамы и бабушки) Ярослав. Его отец, тогда тоже еще очень юный, быстро растворился в дальних далях, так и не узнав о рождении сына и не проявив в дальнейшем ни малейшего интереса к подобному продолжению романа. О том, что он может вдруг вторгнуться в ее с Ярославом жизнь, Вера никогда не задумывалась. Впрочем, у нее и не было ответа на вопрос: а зачем? Но этот вопрос вполне зримо мог встать перед семьей Дымарцева.

— Вы полагаете, он мог требовать каких-то контактов с сыном? – предположила Вера.

— Который ему совершенно не нужен, – уточнил Марк Захарович. – И которого ему никто бы даже на секунду в руки не дал. Но юридически право он имел. А это что значит? Он мог попытаться устроить скандал. Он мог даже обратиться в суд. Иными словами, он мог начать нас шантажировать. Да, все его атаки я бы отбил, вздумал бы он судиться, проиграл, у меня достаточно доказательств, что он отец чисто номинальный. Но! Я не смог бы оградить от этих разборок Дину и Анну Федоровну. Им бы так или иначе пришлось в этом участвовать, особенно Дине. А мои женщины достаточно натерпелись, у них и так было слишком много забот с Алешей, и прежде всего душевных забот. И Виктор, совсем не дурак, все это прекрасно понимал. И действовал бы как истинный шантажист – пытался тянуть деньги за то, чтобы оставить всех в покое.

— А шантажисты, как правило, не умеют вовремя остановиться, – сказала Вера. – И вы бы все время жили под дамокловым мечом.