Книга Ледяной змей, страница 58 – Виктория Дьякова

— Кто-то какие-то предположения высказывал?

— Нет, мы все в шоке были, – призналась Барановская. – Голова кругом. Помню, Дина сказала, неужели из-за того, что Гриша пропал? Но все сошлись на том, что не может быть такого.

— Когда вы в следующий раз увидели Красовского?

— Через два дня в офисе. К нему приходил следователь Зайцев, и он вызвал меня, так как у меня тоже хотели взять показания.

— Как Красовский выглядел, как вел себя?

— Он был бледный, но спокойный. Трезвый как стеклышко. Он вообще все дни после смерти Ники в рот не брал. Сказал, чтобы я рассказала все, что знаю.

— Красовский присутствовал?

— Нет. Следователь увел меня в отдельную комнату, которую ему предоставил Вадим. Правда, слушать никакие мои версии он не хотел. – Барановская презрительно скривила губы. – Смотрел как-то мрачно на меня, даже зло. Я подумала, что я его раздражаю. Желчный, ядовитый такой мужичок. Уперся в свое – самоубийство, и точка. И только одно его интересовало, что же подтолкнуло Королеву к такому шагу? Я потом сказала Вадиму: «Ты понял? Этот идиот все спишет на суицид и быстренько закроет дело». И предупредила его, что, если полиция вынесет такое постановление, я пойду к частнику. Я не верю, что Ника покончила с собой.

— И что ответил Красовский?

— Сказал, иди. Если надо – я дам деньги. Но я отказалась. Ради Ники я и сама потрачусь.

— А где сейчас Красовский? – спросила Аня осторожно. – Как я понимаю, вы – из числа приближенных к нему. Можно сказать, на «ты». Знаете больше, чем остальные. Вы говорили, он слег в частную клинику. Он до сих пор там находится?

— Я не знаю. – Барановская пожала плечами. – То, что мы с ним на «ты», ничего не значит, – продолжила она, кашлянув. – Вадик, он – не сторонник, знаете ли, встречать начальство, низко кланяясь. Не скажу, что он со всеми на «ты», даже далеко нет, умеет держать дистанцию. Но я, конечно, была на особом положении. Я – ближайшая подруга Ники. Подруга детства. Она меня привела в компанию, она меня рекомендовала Красовскому. Он понял, что я для нее – особый человек, и особо не ломался. Не противился, когда она меня приглашала в узкий круг. Но я не допущена до тайн, если можно так сказать.

— А кто еще входит в близкий круг Красовского? – поинтересовался Максим.

— Но я вам назвала некоторых. – Барановская отвернулась и, чиркнув зажигалкой, закурила сигарету. – Даже всех почти. Рустик Калоев, хозяин ресторана «Мемо». Владелец клуба «Департамент» Гарик Самойлов, Дина, его дочь. Несколько музыкантов. Но их я плохо знаю. Ну а главное – это Оля Кремер.

— Оля Кремер? – переспросила Аня и бросила многозначительный взгляд на Максима. – Это родственница телемагната Кремера?

— Да, племянница его. Дочка его брата от второго брака. Брат умер от рака несколько лет назад. Вот Кремер ей покровительствует. Она бредила карьерой фотомодели, и Кремер попросил Красовского попробовать ее. Но модели из нее не получилось. Вадику не понравилось. Как-то в разговоре, когда мы были втроем, он обронил, что «Оля на подиуме – как корова на льду». Но сказать-то впрямую это Кремеру он не сказал. Оставил Олю секретарем. Мол, надо подучиться, потом начнешь выступать. Но я-то знаю, что выступать она никогда не будет. Вадик никогда не пойдет против своих принципов, даже ради связей с Кремером. И она это знает, я думаю. Потому очень активно взялась за Вадика. Все под себя подмяла. Все – через нее. Во все дырки лезет. Красовский, правда, не очень ее пускает. Но как он в запое или еще по какой причине отсутствует – тут уж Оля всем рулит. Вот вы спрашиваете, где Красовский? А я не знаю. – Барановская развела руками. – Мне он не отвечает. Его личный телефон работает, но трубку он не берет. И все через Олю. А она что хочет, то и донесет до него, а что не хочет – извините…