Книга Псевдоним «Эльза», страница 49 – Виктория Дьякова

Тёмные круги под глазами Зины выдавали напряжение бессонной ночи и долгие часы ожидания, пока шла операция. Она убрала волосы, упавшие Маше на лоб.

— Зина, что с моей ногой? – Маша с трудом заставила себя разомкнуть губы. Язык едва слушался, слова получались глухими, деревянными, а в голове постоянно ощущался какой-то шум, как будто ветер шевелил листву множества деревьев в лесу.

— У меня есть нога, Зина? – спросила Маша, едва сдерживая внезапно охватившую её дрожь. – Мне сохранили ногу?

— Да, да, конечно, Машенька, – Зина всхлипнула и прижала её пальцы к губам. – Нога на месте. Просто ты её не чувствуешь, это от лекарств.

— Тогда почему ты плачешь? – удивилась Маша.

— Мне не верится, не верится, что может стать лучше, – призналась Зина и смахнула слёзы кружевным платком. – Не верится, что теперь уже наверняка станет лучше. Что всё страшное позади.

— Я уже дома, – Маша окинула глазами комнату. – Я думала, что очнусь в операционной.

— Да, дома у Густава, – подтвердила сестра. – Мадам де Кле сказала, что если ты придешь в себя здесь, это будет для тебя легче. Словно заснула дома в своей постели, а потом проснулась. А всё, что было, – просто страшный сон. Тебя привезли сюда, пока ты была без сознания. Мадам де Кле сказала мне, что через четверть часа ты проснешься. Так и вышло. Мадам де Кле сейчас придёт, – сообщила Зина. – Она пообещала мне, что уже сегодня ты сможешь встать и пройти по комнате, но с нашей помощью, конечно.

— А где Густав? – спросила Маша. – Он знает, что операция закончилась?

— Да, конечно, – быстро ответила Зина и почти перешла на шёпот. – Но ситуация очень тяжелая. Советы опять вручили ноту. Фактически разрывают дипломатические отношения. Их войска подтягиваются к границе. Очевидно, нападут не сегодня завтра. К слову, Густав договорился с мадам де Кле, что если ситуация станет совсем тяжелой, – Зина наклонилась к Маше, – она заберёт нас с тобой в Германию. Ты будешь долечиваться там. Вроде бы её германские начальники дали на это согласие.

— Я никуда не поеду, – Маша запротестовала. – Я останусь с Густавом здесь. Как бы тяжело ни пришлось.

— Но это невозможно, Маша, что за эгоизм! – упрекнула её Зина. – Представь, если красные подойдут к Хельсинки, в таком состоянии ты станешь Густаву только обузой. Ты же не сможешь пока передвигаться самостоятельно. За тобой потребуется уход, процедуры, – продолжала она, загибая пальцы на руке для убедительности. – Кто будет заниматься всем этим, когда каждый человек будет на счету. Каждый, кто может держать оружие. Вместо того чтобы сражаться с красными, они будут переносить тебя и делать тебе компрессы? – Зина поджала губы. – Нет, мадам де Кле права. Тебя отправят самолетом в Германию, там ты полностью вылечишься. За это время здесь наступит, в конце концов, какая-то ясность, – сестра пожала плечами. – Я не верю, что западные страны позволят Сталину растерзать Финляндию, в этом ведь не заинтересована даже Германия, с которой Сталин сейчас связан пактом.

— Они не заинтересованы, тем не менее отдали Финляндию в сферу его интересов, – возразила Маша. – А что касается Англии, Франции, они видели, что происходит в России, что творят большевики. Они мало чем помогли Белому движению. По сути, бросили на произвол судьбы. Так что многого ждать от них не стоит.