Книга Бегство в пустоту, страница 175 – Александр Чернов

Борьба на полу завязалась не на шутку. Мне никак не удавалось скрутить Николая, все же я его не видел, не мог как следует обхватить его конечности, потому что он ими яростно отбивался, лежа на спине, нанося мне удары во что придется. Сил ему придавала боязнь оказаться в моей власти, быть скрученным и, соответственно, арестованным, если он считал, что сражается в темноте с представителем правоохранительных органов. Он вертелся на полу не хуже танцора нижнего брейк-данса. А я боялся ударить его со всей силы кулаком, опасаясь промазать и повредить о пол руку. Наконец противнику удалось упереться ногами мне в грудь и с силой оттолкнуть меня. Сила в нем была неимоверной. Толчок заставил меня встать, разогнуться, попятиться, и я со всего размаха налетел спиной на какую-то мебель, сметая ее со своего пути. Опереться было не на что, я не удержался и грохнулся на пол. Пока я выбирался из кухонной мебели, оказавшейся небольшим обеденным столом и стульями, стоявшими вокруг него, которые я опрокинул, раздался звук захлопывающейся двери и щелчок закрывшегося замка. Мне все же удалось вскочить, я бросился через гостиную в прихожую к входной двери. Торкнулся в нее, но напрасно. Пока я сражался со стульями и столом, противник выскользнул за дверь и закрыл ее на ключ с обратной стороны.

Я сплюнул и обругал себя последними словами. Самонадеянный кретин! Нет, чтобы вызвать этого мента Яворского и вместе с ним захватить вора и убийцу, так нет, решил скрутить его сам. И вот результат – преступник сбежал. Я вернулся в гостиную. Мой телефон лежал на полу, на дисплее горели цифры, указывающие время. Кажется, телефон от падения на напольную плитку не пострадал. Так и есть – цел. Я поднял его, и тусклый круг света от фонарика осветил пространство вокруг. Теперь можно было хоть немного ориентироваться в доме. Я осветил стены, увидел выключатель и врубил свет. О, боже! Хозяйка дачи будет в шоке, когда увидит, что мы с ее мужем натворили в доме. Кофейный столик и два кресла были сдвинуты с места, обеденный стол и три стула перевернуты, устоял на месте лишь четвертый стул. Когда мы умудрились сорвать занавеску с окна, я даже и не помнил. Все пространство на полу, где мы с Николаем сражались, было запачкано кровью. Моей кровью. Окинул себя взглядом. Рубашка на боку разрезана, весь я с ног до головы перепачкан красной жидкостью, вытекшей из раны на моем боку.

Я отправился в ванную комнату, снял с себя рубашку и, склонившись над ванной, смыл с левого боку кровь. Рассмотрел в зеркале, висевшем на стене, рану. Как я и предполагал, ничего серьезного. Кожа от подмышки и до пояса была лишь вспорота, мышцы не разрезаны. Так, пустяк, даже зашивать не потребуется. Но крови, черт возьми, ее было много! «Как будто бы свинью в доме зарезали», – мелькнула у меня мысль. Но убирать здесь я, кончено, ничего не буду. Дрался я здесь с хозяином загородного дома, вот пусть он или хозяйка дачи и убираются. И на кой черт я вообще ввязался в эту историю с поимкой преступника? Не лежалось мне дома у телевизора. Дурак!

Проклиная свою извечную тягу к приключениям на одно место, я залез в шкафчик, где лежали полотенца, и стал рыться в белье в поисках подходящего для перевязки материала. Наткнулся на эластичный шерстяной пояс от радикулита. Бывают такие, даже из собачьей шерсти, натягиваешь такой пояс на поясницу, он греет и радикулит… не могу сказать, что как рукой снимает, но согревает мышцы – это точно – и становится вроде легче. Знаю, сам страдаю болями в позвоночнике и пояснице – результат перенапряжения в молодости на тренировках, спаррингах и турнирах. Кто-то в семье Неделькиных, возможно, он сам или его жена, а возможно, и кто-то из родителей страдали таким недугом, и, очевидно, забыли пояс на даче. Вот спасибо. В качестве тугой повязки он мне пригодится. Я натянул пояс на торс, предварительно наложив на рану маленькое полотенце, чтобы в него впитывалась сочившаяся из раны кровь, мысленно извинившись перед хозяйкой дома за столь варварское обращение с ее вещами, затем вышел в гостиную, приблизился к окну и распахнул его. К моему удовлетворению, оно не было забрано решеткой, а то пришлось бы мне куковать в этом доме до тех пор, пока кто-нибудь снаружи не откроет мне входную дверь.