Книга Дитя Афины, страница 34 – Ханна Линн

— Мои люди сами о себе позаботятся, – сказал он и шаг за шагом начал приближаться к тени.

Барабанная дробь в груди Медузы зазвучала иначе. Стала жестче. Быстрее. Каким бы ни был исход, это случится не из-за нее, а из-за его собственной самоуверенности. Когда шаги послышались совсем неподалеку от ее убежища, она дала ему последний шанс.

— Поверни назад сейчас же, – велела Медуза.

— Или что?

На сей раз она была готова. Медуза шагнула из тени, окутывавшей ее. Она знала, что произойдет, когда поднимала взгляд. Змеи извивались и шипели, пока Медуза смотрела, как высокомерная усмешка застывает навечно. Секундой позже, как раз когда окаменение поползло выше, делая зрачки чужака серыми, в его глазах проступило изумление и навсегда отпечаталось в камне. Несмотря на бурю, все звуки словно исчезли: было слышно лишь, как стремительно проносятся мысли в головах воинов, пытающихся осознать только что увиденное.

— Назад! Назад! – крикнул кто-то, помчавшись к берегу не разбирая дороги, но тут же споткнулся и упал. – Назад на корабль! – Все больше и больше людей с криками и воплями поворачивали и бросались обратно к судну.

— И не возвращайтесь!

Медуза судорожно вздохнула. Она почувствовала укол вины где-то в животе, посмотрев на статую. Еще одна смерть. Но только одна. Остальные мужчины спасались бегством, мчались к своим кораблям, подальше от ее проклятия. Вдруг посреди этого хаоса на острове на миг воцарилась абсолютная тишина. Шум тотчас же возобновился, но все же в ту секунду что-то изменилось. Тишина была настоящей. Крики, поняла она. Крики прекратились.

— Сестры!

Развернувшись на месте, Медуза вцепилась ногтями в камни и принялась карабкаться наверх. Завеса дождя превратила скалы в водопад. Она с трудом ползла выше и выше, думая только, как бы скорее добраться до сестер. Сначала должна быть Эвриала. Но Сфено… Ее дорогая Сфено. На полпути какой-то новый звук заставил ее остановиться.

Удары крыльев – мощнее, чем у орлов, которые летали над островом. Жесткие и быстрые крылья разметали в стороны дождь, обрушивая его на землю нескончаемыми потоками. Не слышала прежде Медуза и такого клича: ниже птичьего, но выше звериного. Он был немного гнусавым, словно легкие этих существ были наполнены водой. Она подняла взгляд.

— Как? – вырвалось у нее. Их Медуза узнала бы, даже не видя венчающих головы змей.

— Сестры?

Они были прекрасны. Свободны. Забыв всю боль прошедших лет, они скользили по небу, озаряемые вспышками бело-голубых молний. Ныряя и погружаясь в воздушные потоки, изящные, будто ласточки, они перекликались друг с другом. Медуза увидела, какими они стали свободными, и почувствовала, как ее омывает волной облегчения, точно водой из фонтана. Сестры превратились не просто в птиц, это было нечто большее. Сверкнула молния и замерла на небе, превращая ночь в день. Медуза ахнула. Янтарные оттенки в глазах сестер сменились водоворотами зеленого и красного, детские лица изуродовали ямочки и бородавки.

Постепенно пируэты Сфено и Эвриалы в воздухе замедлились. Вместо того чтобы нырять и пикировать, они принялись летать кругами. Под эхо от тяжелых ударов крыльев они прокладывали в небе единственный путь, круг за кругом; как орлы выискивают самого слабого ягненка, чтобы вырвать его из стада, прежде чем овцы разбегутся. Жрица поняла, что должно случиться, за миг до того, как это произошло.