Книга Мы, которых не было, страница 100 – Хелен Либерти

Мы смотрим друг на друга, не отрываясь. В этом молчании слишком много всего — злость, обида, притяжение.

Делаю глубокий вдох, пытаясь привести мысли в порядок. Все идет совсем не по плану, и я совершенно не готова к этому разговору.

Мне становится страшно от следующей мысли, которая внезапно приходит в голову. Я хочу быть с ним. Хочу попробовать. Хочу вернуть то, о чем мы мечтали пять лет назад. Но вместе с этим желанием приходит другая, холодная и трезвая мысль: если я выберу его, мне придется рассказать правду.

А правда — это не просто слова. Это то, что может сломать не только меня, но и всех, кто находится рядом. Если он узнает все, если в это впутается Алексей, под удар попадут мои близкие. Тема уже слишком близко к этому миру, и я не имею права рисковать.

Я не могу позволить, чтобы из-за меня снова кто-то пострадал. Значит, я должна сделать то, что уже делала однажды — разорвать все, пока не стало слишком поздно.

Ушакова, давай. Просто сделай это. Быстро. Как пластырь.

— Ты вообще нормальный? Что ты творишь? — зло бросаю я.

Саша молчит. Только челюсть напрягается так сильно, что на скулах начинают ходить желваки.

— Я делаю то, что должен, — хрипло бросает он и переводит взгляд на окно, явно не собираясь смотреть мне в глаза.

— Ударить человека — это нормально, по-твоему? — раздражение накрывает меня еще сильнее. — Повернись ко мне, когда я с тобой разговариваю. Я не собираюсь говорить с твоим профилем.

Он медленно поворачивается и смотрит прямо на меня.

— Он не имел права к тебе прикасаться.

— Он даже не прикасался, — повышаю голос. — Ты просто пришел и устроил цирк. Ты вообще подумал, как это выглядит со стороны?

— Ты моя, — говорит он глухо.

Я закатываю глаза и фыркаю.

— Ох, Соколов, это что за замашки из дарк-романов? Я не твоя. И никогда не была. Да, мы договаривались поговорить о нас и о том, что будет дальше. Я подумала. И для меня это слишком. Я не хочу в это ввязываться. Нас связывает только твой племянник. И лучше нам вообще не пересекаться вне этого.

— Да хватит нести эту херню, — он подается вперед, сокращая расстояние, между нами. — Милен, ты издеваешься? Почему ты не хочешь попробовать? Почему отталкиваешь? Скажи нормально, в чем дело.

Пластырь. Быстро. Без лишнего.

— Я тебя не люблю, — произношу тихо, но уверенно. — У меня своя жизнь.

Он смотрит на меня совсем иначе. Вижу, как у него на лице перемешались злость и боль.

— Тогда почему ты на меня так смотришь? Твои глаза говорят совсем о другом.

Я молчу, потому что, если начну говорить дальше, все окончательно посыплется.

— Понятно, — коротко выдыхает он. — Ладно, не буду сейчас давить. Ты на взводе. С Антоном тебе лучше провести занятие завтра. Меня у Даши не будет, можешь приходить спокойно. Ей я все передам.

Он встает и уходит, с силой хлопнув дверью. Только сейчас я замечаю, что на нас смотрят все посетители кафе. Мы невольно стали героями какого-то чертова спектакля.

Остаюсь сидеть за столом еще несколько секунд, глядя на пустой стул напротив. Мысли никак не желают собираться в голове.

Я сделала это. Оттолкнула его.

Поднимаюсь, почти не чувствуя ног, расплачиваюсь и выхожу на улицу. Прохладный воздух сразу пробирает до костей, хотя еще недавно было тепло. Погода словно решила подыграть моему настроению.