Книга Любовь и курица, страница 17 – Елена Иваненко

Лежа на продавленном диване с больной головой и без копейки в кармане, Федот впервые задумался о собственном одиночестве и о фразе «стакан пива подать некому». При живой жене он таких закидонов себе не позволял. С ее, разумеется, настойчивой помощью. Если бы внук не ушел жить к какой-то новой бабе, старик не остался бы в столь плачевной ситуации. Уж пиво-то физрук всегда таскал домой в избытке.

— А кот-то не дурак, в отличие от меня, – охнул дед в холодильник. Раздавшееся эхо подтвердило подслеповатым глазам, что он пуст, как и портмоне.

Вспомнив разрушенную об географичку курицу, Федот захлебнулся слюной и понял, что поторопился вычеркнуть прошлую любовь из своего пылающего сушняком сердца и пустого, словно кошелек, желудка. Как вернуть, наверняка, обидевшуюся Капитолину, он решительно не знал. Но, звякнув ногой об кошачью миску, вдруг придумал повод зайти в гости к бывшей возлюбленной.

— Добрый день в хату, Матвеевна! – умытый и празднично приодетый Федот, постучав, вторгся в светлую горницу бабы Капы.

Старуха, пьющая за столом бергамотовый чай, распахнула челюсть, и пряник удивленно выпал изо рта на вышитую скатерть. Поправившийся кот радостно вытер об парадные штаны голодного хозяина сытую морду и гостеприимно замурчал.

— Пришел вот за животиной своей, – объяснил неожиданный визит старик, принюхиваясь к запахам домашней еды и пытаясь схватить Кастета, вьющегося между ног.

Подозрительный кот в руки не давался, изгибаясь и проскальзывая сквозь скрюченные пальцы. Словно разгадав хитрый план деда, Кастет ловко подставил ему подножку, и старик упал, растянувшись  у порога.

Баба Капа очнулась и восстала за столом.

— Кастета не отдам! – грозно заявила она. – Опять будешь бедную скотину голодом морить!

— Тогда, может, меня к себе возьмешь в придачу к коту? Тошно мне без него, сил нет, как одиноко, – поднимаясь с пола, сделал предложение руки и сердца кряхтящий жених.

— Ты что это, Палыч, сватаешься ко мне что ли? – изумилась бабка.

— Типа того, Матвеевна, – засмущался Федот.

К бабе Капе уже очень давно никто не подкатывал, но она, как и большинство женщин, знала незыблемые законы ухаживаний.

— Без подарка не сватаются, – сложила губки бантиком она, намекая хотя бы на букет, чтоб, как соседка Анька, выпендриться потом перед подругами.

— Будет тебе самый лучший подарок! – на радостях шлепнул кепкой об пол жених. – А чаем пока угостишь? – жадно воззрился он на пряники.

Наевшись гостеприимно предложенных наваристых щей со сметаной, сытый Федот, шагая домой, окончательно утвердился в решении завоевать бывшую. Дело встало за подарком. Перевернув все шкафы и антресоли, старик наткнулся на красивый шарф покойной жены, но вовремя представил, что случится, если Капитолина поймет, чей он, и нервно потер шею. Не вариант.

По тому же принципу отпал и их семейный парадный сервиз. Федоту совсем не улыбалось убегать посреди чашечно-тарелочной бомбардировки, если невеста догадается о подвохе.

Рвать в огороде многолетники типа расцветающих тюльпанов Федот счел недостойным. Как приличный человек, он не подарит будущей жене мусор с грядки. Этого бесполезного добра и у нее и так, поди, навалом.

Размышления нищего до следующей пенсии старика прервал телефонный звонок.

— Привет почетным пенсионерам! – внушил надежду на дополнительный доход голос председателя совхоза. – Я по делу. Ты не бухой, Палыч?