Книга Любовь и курица, страница 30 – Елена Иваненко

— Спасибо! Век доброту твою не забуду! – поблагодарила знахарку Евгения Максимовна крупной денежкой и потопала в гости к дочери.

Анька после работы, как обычно, варила на продажу тыквенный суп, пока Витька показательно ковырялся в сарае, наводя рабочий беспорядок.

— А чем это у вас вкусненьким пахнет? – осторожно, как лисица в курятник, вступила в дом мамаша.

— Ужин готовлю, – скрыла дочь до поры до времени самостоятельный бизнес.

— Я на минутку, так квасу твоего имбирного захотела, сил нет. Нальешь стаканчик? – придумала повод Евгения.

— Конечно, мам, принесу сейчас из сеней прохладного. Помешай суп, пожалуйста, – сунула ей ложку Анька и вышла из кухни, радуясь, что мать перестала клянчить ребенка.

Евгения Максимовна быстро всыпала в кастрюлю старухин порошок, перемешала и выключила плиту, потом залпом проглотила принесенный вкусный напиток и распрощалась с дочерью.

Выждав положенные пару недель, будущая бабушка посетила аптеку. Продавщица с изумлением достала из закромов пыльную коробку самых дорогих тестов на беременность, не особо пользующихся спросом в почти не рожающем поселке.

В дверях на выходе Евгения Максимовна столкнулась с председателем совхоза. Конкурирующие животноводы приветственно кивнули друг другу. Женщина передумала выходить и задержалась у витрины с витаминами.

— У вас есть что-нибудь противорвотное? У меня доярки, кажись, чем-то отравились. Блюют через одну, – неохотно признался аптекарше председатель.

— Что же вы антисанитарию на ферме развели, Семен Дмитрич? Все-таки пищевая промышленность, – тут же упрекнула его хозяйка птицефабрики.

— Сам не понимаю, что случилось. Сначала мужики все разом заболели, а потом протрезвели. Теперь бабы вот, – оправдался председатель.

— Похоже на эпидемию, – напугала его Евгения и сама испугалась. До греха недалеко, заразятся все в деревне, санэпидемстанция приедет, кирдык и ее бизнесу.

— В больницу что ли всех везти? – почесал в затылке председатель.

— Срочно в медпункт всех женщин, конечно! – побежала за ним деятельная коллега, засунув коробку с тестами подмышку.

Фельдшерица за неимением других дел красила ногти на ногах, когда толпа из десятка доярок, их председателя и местной бизнесвумен ворвалась в медпункт.

— Азалия Борисовна! Спасите наших женщин! Они, кажется, отравились, – с ходу пожаловался Семен Дмитриевич.

Фельдшерица от неожиданности мазнула лаком мимо ноги, и на письменном столе закрасовалась алая отметина.

— Ну, с массовым отравлением больных надо везти в город, в инфекционку, – нашла легальный способ спокойно закончить педикюр недовольная вторжением Азалия.

— Не надо сообщать в город, Заля, огласка нам всем ни к чему, – промурлыкала из-за спин пострадавших Евгения Максимовна, – пожалуйста, вылечи их, а совхоз и птицефабрика в долгу не останутся, – подмигнула бывшей однокласснице она.

— Хорошо, давайте посмотрим, что там у вас, – представила лекарша аппетитные куриные яйца, свежее жирное молоко и убрала со стола недокрашенные ногти, – может, и удастся самостоятельно пресечь эпидемию. Лишние выйдите, доярки, заходи по одному.

— Ничего не понимаю, – через час медицинских наблюдений попрощалась с продуктами птицефабрики и совхоза врачиха, – симптомы у всех одинаковые, температуры нет, живот не болит, давление в норме, тошнота на мясную еду. Тут без помощи не обойтись, – взяла Азалия Борисовна телефон.