Книга Как пережить сорокет, если в душе тебе 18, страница 6 – Елена Иваненко

«Булочки, кукурузные оладьи, бисквиты, вафли, растопленное масло – и всё это только к завтраку. А потом блюдо с ветчиной – на одном конце стола, блюдо с жареными цыплятами – на другом, и тут же тушёная капуста в горшочке, обильно залитая соусом, отливающим жиром, горы фасоли на ярком цветном фаянсе, жареная тыква, тушёная бамия, морковь в сметанном соусе, таком густом, что его можно резать ножом. И три десерта, чтобы каждый мог выбрать, что ему больше по вкусу: слоёный шоколадный пирог, ванильное бланманже или торт со взбитыми сливками».

Маргарет Митчелл явно писала это издевательство специально, чтоб довести жертв голодных экспериментов до обморока! Только сон спас меня от кухонных соблазнов. Я стойко вылежала на кровати сутки абсолютно без еды, изредка прихлёбывая пустую воду из пивной кружки.

— Алиллуя! – завопила я на следующий день. Отеки от соленостей с лица сошли и на меня смотрела из зеркала опять почти девочка.

— Молодец, – как-то скупо восхитился муж, – а на меня книга заморского буржуя что-то не сработала.

— Сработает, – пообещала я, – заменяем хлеб на зелень, мясо на овощи, и надо больше двигаться.

— Ты что, сойка-пересмешница? Лена, я не подписывался на твои голодные игры! Какое у нас стоп-слово? – возмутился Димон. Но вечером вместе с дочерью вышел на организованную мною при помощи шантажа морозную прогулку.

Наматывая бесконечные скользкие круги по ледяной аллее с сельдереем в животе и слегка отклонившись от курса, семья троих начинающих спортсменов и ЗОЖников внезапно столкнулась со светящимся в январской темноте супермаркетом. Мы зашли погреться.

Близкие родственники мгновенно рассредоточились по магазину от меня подальше. Тоскливо бредя вдоль прилавка, я отметила, что его фруктово-овощные товары почти в полном составе лежат на моей кухне. Петрушка, укроп, томаты, огурцы, груши, яблоки уже ждали нас дома. А ароматные булочки, попавшиеся мне по пути, сегодня не почтили наш дом присутствием. Эта несправедливость меня очень растрогала и я прослезилась, глядя на запрещённый Полем Брэггом продукт.

Особенно в гости напрашивалась одна сахарная плюшка, за два метра с размаху бьющая в нос аппетитной ванилью. Я очнулась от наваждения лишь в квартире, когда витая зараза, оглушив меня кулаком умопомрачительного запаха, проникла в нашу кухню вместе с другими сладкими партизанами, пленёнными мужем и дочерью для себя.

Мы с плюшкой долго смотрели на пышные бока друг друга. В игре в “гляделки” я не выдержала первой, отвела глаза и засунула запрещёнку в рот. “Боже, какой прекрасный вкус”, – подумала я, жуя сладкое тесто и вытирая горькие слёзы поражения.

Постепенно я привыкла голодать по двадцать четыре или тридцать шесть часов раз в неделю. Тающий вес мотивировал меня продолжать отчаянную борьбу за юную фигуру. Я попрощалась с солью, сахаром, мясом и полностью перешла на вегетарианство. Литрами пила чистую некипячёную воду. Чтоб не сойти с ума, в выходные позволяла себе рыбно-пивной зажор, называя его по-модному «читмил».

Несмотря на пищевые качели, через два месяца весы показали минус десять килограмм. Я легко влезла в спортивный костюм из прошлого. Фраза “голод – не тётка” обрела для меня особый смысл.

Прочитав несколько книг о правильном питании, посмотрев в интернете сотню веганских роликов и пережив кучу водных и сухих голоданий, тридцатидевятилетняя баба фигурой стала похожа обратно на восемнадцатилетнюю девушку. Вместе с лишним жиром ушли тяжесть и лень. Первый шаг к молодости свершился.