Книга При дворе Медичи, страница 27 – Карл Берков

— Это желание Джианины Скандиано, придумавшей весь план, – ответила Валерия. – Мой отец тоже ничего не имеет против этого.

— Ваш отец и маркиза! Однако вы не сказали, что же сами думаете об этом. Дали вы согласие на этот брак? Удается Федерико Скандиано покорить вас?

— Я давно дружна с ним и люблю его, как брата, не больше, – тихо ответила Валерия со страхом, что сейчас последует объяснение. – Отец не станет принуждать меня, если и не полюблю его.

— Синьор Федерико красив, умен, образован, – заметил Ферранте. – И зачем же медлить с проверкой, устоит ли ваше сердце перед его достоинствами? Кроме того, он наследник громадного состояния, как мне говорили его друзья.

— Неужели вы думаете, что последнее имеет для меня какое-либо значение? – спросила Валерия с упреком. – Если бы я любила его, мне было бы все равно, богат он или беден. Я более благодарила бы судьбу, если бы могла украсить его жизнь богатствами, которых у меня больше, чем у многих других.

«Пусть Ферранте не думает, что он для меня менее достойный жених потому, что беден», – мелькнуло в ее голове. И боязнь признаться, что он стеснен в денежных средствах, не должна смыкать ему уста. Ферранте ведь ничего не ответил. Она слышала только, как порывисто и тяжело он вздохнул.

Джулиано и Франческо с шумом и смехом подскакали к ним и поехали рядом. Ферранте с обычным спокойствием и сдержанностью отвечал на их шутки. Валерия тоже пробовала вмешаться в разговор, но мысли ее были далеко. Часто ее глаза украдкой смотрели на серьезное лицо неаполитанца. Неужели он все еще сомневается, что она любит его, когда она, стыдно признать, предоставила ему так неприлично много доказательств? Если же Ферранте чувствует, что тоже любит ее, тогда отчего же он избегает сказать решительное слово, которое уничтожит между ними всякие преграды, соединит их навеки?

Через несколько месяцев после помолвки, в течение которых жених не видел своей будущей супруги, в Риме последовала свадьба Лоренцо Медичи с Клариссой Орсини. На свадьбу жених также не явился; его дядя заменил его при венчании, а Лоренцо не потрудился даже придумать уважительное обоснование для объяснения своего отсутствия, а также отсутствия своего брата Джулиано. Его равнодушие к будущей супруге было настолько велико, что он даже не поехал за ней в родительский дом!

Таким образом, Кларисса довольно долго оставалась у своих, подобно большинству невест пятнадцатого века, выжидавших удобного случая для путешествия на новую родину. Лоренцо изредка посылал жене холодно-вежливые письма – его повиновение родителям не шло далее этой уступки! – а Кларисса отвечала в том же тоне, не смея первой сделать шаг к сближению.

В середине лета, когда невыносимая жара грозила сделать путешествие невозможным, родители Клариссы решились отправить дочь с несколькими родственниками и слугами во Флоренцию, добраться до которой при благоприятных дорогах и погоде можно было за неделю.

Второе торжество свадьбы, естественно, должно было праздноваться пышнее первого, при котором жених отсутствовал, и поэтому за несколько недель до приезда во дворце Медичи начались приготовления для торжественного приема невесты.

В дальних окрестностях Флоренции, как и в самом городе, все от мала до велика хотели принять участие в этом событии. На Медичи издавна привыкли смотреть как на первую фамилию в республике. Вот почему большинство их приверженцев решило разделять с ними удачи и несчастья, а тайные и явные враги не смели строить козни в то время, когда популярность Медичи достигла высшего предела.