Книга Сестра Солнца, страница 59 – Юдит Готье

Разыскивай христиан и убивай их безжалостно; они способны вызвать непокорность и восстание. Ты хорошо меня понял, мой сын? Ты должен стараться превратить Японию в единое государство, подчиненное одному государю. Но это – дело трудное и долговременное, а жизнь человеческая коротка; поэтому время обелит сединами твою голову, ты призовешь своего сына, как я призвал тебя сегодня, и передашь ему мои слова. Я кончил.

— Отец! – сказал Фидэ-тадда, становясь на колени перед Иэясу. – Клянусь тебе в точности исполнять твою волю.

— Хорошо, дитя мое, но позови доктора, – сказал Иэясу, тяжело дыша и задыхаясь от своей длинной речи.

Вошел доктор.

— Знаменитый ученый! – сказал Иэясу, пристально глядя на него. – Разве я очень болен?

— Нет, господин, – сказал врач с некоторым колебанием.

— Я приказываю тебе говорить только правду. Очень ли я болен?

— Да, – сказал доктор.

— При смерти?

— Нет еще, но утомительная жизнь, какую ты ведешь, может ускорить конец.

— Увижу ли я конец предпринятой войны, если допустить, что она продлится шесть лун?

— О да! – сказал доктор. – Ты может продолжать войну еще более.

— Ну, так я богат! – сказал, смеясь, Иэясу. – Мне нечего торопиться, и я могу отдохнуть несколько дней.

В замке Фидэ-йори господствует чрезвычайное волнение. Через ворота первой стены то и дело являются военачальники в тяжелых доспехах; топот коней раздается под высокими сводами. Они поспешно скачут к третьей ограде и проникают во дворец сегуна.

В зале, соседней с залой Тысячи Циновок, Фидэ-йори держит военный совет с начальниками своих полков и с преданными ему князьями. Чело молодого сегуна омрачено заботами; он не скрывает их, и большинство воинов разделяет эту тревогу. Но некоторые, полные отваги и веры, ободряют господина.

— Наше положение еще не безнадежно, – говорит генерал Санада-Саемон-Йокэ-Мура, самый искусный полководец в государстве. Нужно только отнестись к нему хладнокровно. У Иэясу только одно преимущество перед нами: мы еще и не думаем о войне, а он уже собрал полки; мы не готовы, а он уже может начать борьбу, но через несколько дней он не будет иметь этого преимущества; наши войска будут снаряжены – и партии будут равны. А пока надо отвлекать врага ничтожными стычками, удерживая его подальше отсюда; тем временем мы соберем наши силы вокруг Осаки.

— По-моему, надо немедленно напасть на Иэясу, а не давать ему наступать, – сказал генерал Харунага, не имевший особых военных заслуг и возвысившийся только благодаря покровительству матери сегуна, Ёдо-гими.

— Помилуй! – воскликнул молодой Сигнэнари. – Это значило бы допустить, чтобы наша армия была уничтожена за несколько часов войском, втрое сильнейшим. Нужно занять крепости и укрыться от внезапного нападения до тех пор, покуда все наши силы не окажутся в сборе. Если тогда Иэясу еще не нападет на нас, то мы успеем перейти в наступление.

— Я стою за мое предложение, – сказал Харунага. – Мне думается, что армия Иэясу далеко не так многочисленна, как воображают; как мог он за один месяц стать до такой степени сильным?

— Нельзя действовать на основании предположений, – сказал Йокэ-Мура. – Мы не можем нападать: прежде всего надо пополнить состав нашей армии.

— Сколько у нас в данную минуту солдат? – спросил Фидэ-йори.