Книга Развод с Некромантом: Верни Моё Сердце!, страница 121 – Виктория Северина

Лина заметила её взгляд.

— Хотите, я…

— Нет.

— Я только хотела убрать.

— Именно поэтому нет.

Мирель прошла мимо.

Её спальня сохранилась почти без изменений. Кровать застелена тем же покрывалом, на туалетном столике стояли старые флаконы, даже книга, которую она не дочитала в день ухода, лежала там же. Комната выглядела не занятой, а законсервированной.

Как музей жены.

— Это хуже, — сказала Мирель.

Лина закрыла дверь. — Что?

— Если бы что-то изменили, я бы могла злиться. А так будто ждут, что я иногда буду приезжать посмотреть на прежнюю жизнь.

Горничная тихо ответила: — Можно попросить убрать всё.

— Пока нет.

Мирель поставила ковчег на стол.

Сердце внутри ударило сильнее.

Дом чувствовал его возвращение.

Или она сама.

Она подошла к окну и посмотрела вниз во двор. Там меняли лошадей, носили ящики, кто-то из садовников спорил с мальчишкой из кухни. Всё продолжалось.

Без неё.

И, что хуже всего, прекрасно справлялось.

Когда-то Мирель считала себя центром этого механизма. Не из тщеславия. Просто двадцать лет всё действительно проходило через неё. Поставщики. Слуги. Гости. Праздники. Ремонты. Родственники. Она знала, какие комнаты открывать зимой, какие продукты заказывать к осени, кому из старых слуг нужны деньги на лечение, какой посол терпеть не может чеснок и кого нельзя сажать рядом за столом.

Теперь дом прожил без неё несколько недель.

И не рухнул.

Это было разумно.

И почему-то больно.

Адриан пришёл через полчаса.

Не постучал.

Раньше никогда не стучал в её спальню.

Дверь открылась, и он остановился на пороге так привычно, что Мирель на секунду почувствовала почти физический провал во времени. Муж. Дом. Их комната. Она сидит у окна. Сейчас он скажет что-нибудь о совете, снимет перчатки и спросит, почему она опять не открыла письма.

Но Адриан не вошёл сразу.

— Можно? — спросил он.

Вот расстояние.

Мирель почувствовала его сильнее любого нового предмета.

— Да.

Он вошёл.

Закрыл дверь.

Первым делом посмотрел на ковчег.

Потом на неё.

— Ты действительно вернулась.

— На несколько дней.

— Я знаю.

— Нерваль уже доложил?

— Конечно.

Мирель улыбнулась без радости. — Дом быстро передаёт новости.

Адриан подошёл к креслу, но не сел. — Зачем ты приехала?

— Потому что бегать бессмысленно.

Он напрягся.

— Я не заставлял тебя бегать.

— Мы оба знаем, что вопрос не в этом.

Мирель указала на ковчег.

— Без тебя его нельзя вернуть безопасно.

Адриан посмотрел на металлический ларец.

Лицо стало жёстче.

— Рейвен уверен?

— Да.

— После Лианны?

Мирель подняла глаза. — Ты уже знаешь.

— Весь род знает.

— Она вернула сердце.

— Знаю.

— И жива.

Адриан помолчал. — Её муж мёртв. Это другой случай.

— Именно поэтому я здесь.

Он прошёл к окну.

Снова знакомое движение.

Но теперь Мирель не почувствовала раздражения.

Просто заметила.

Как замечают привычку человека, с которым когда-то были близки.

— Я не соглашусь на разрыв только потому, что палач решил, что может, — сказал Адриан.

— Я и не ожидала.

— Тогда зачем?

— Чтобы ты перестал делать вид, что расстояние мешает разговаривать.

Адриан повернулся. — Мы разговариваем постоянно.

— Нет. Ты объясняешь, почему нельзя.

— Потому что нельзя без последствий.

— Я знаю последствия.

— Все?

— Достаточно.

Он посмотрел на неё долго.

— Значит, он рассказал о накопленных смертях.