Книга Развод с Некромантом: Верни Моё Сердце!, страница 141 – Виктория Северина

— Уже что-то.

— Но присутствовать при разрыве не согласился.

Рейвен кивнул.

— Значит, ничего принципиально не изменилось.

— Нет.

Мирель посмотрела в чашку.

— Только теперь он понял, что и Эстель видит в нём функцию.

— Как отреагировал?

— Плохо.

— Стал понимать вас?

Она задумалась.

— На мгновение, возможно.

— А потом?

— Снова сказал, что сердце должно остаться у него.

Рейвен кивнул.

— Значит, понял боль. Не вывод.

Мирель подняла глаза.

— Да.

Вот точнее и не скажешь.

Адриан получил возможность почувствовать, как выглядит любовь с примечанием.

«Ты дорог мне, пока нужен для будущего».

Но чужая боль сама по себе не учит свободе.

Можно понять, как неприятно быть используемым, и всё равно продолжать использовать другого.

— Мне было его жалко, — призналась Мирель.

Рейвен не удивился.

— Почему?

— Потому что он смотрел на неё примерно так, как я когда-то смотрела на него. Пытался понять, где именно не услышал важное.

— И?

— Потом вспомнила, что это его жизнь.

Рейвен чуть улыбнулся. — Прогресс.

— Не начинайте.

— Не буду.

Мирель отпила чай.

— Эстель считает, что я опасна, потому что не привязана к одному варианту будущего.

— Она права.

— Вы тоже?

— Да.

Мирель нахмурилась.

— Почему?

Рейвен посмотрел на неё. — Потому что человек, который знает только один путь, легко управляется страхом его потерять. А вы уже начали понимать, что можете идти дальше, даже если первоначальный план не получится.

Она задумалась.

Сердце в ковчеге.

Море.

Лианна.

Тереза.

Адриан.

Рейвен.

Ничего ещё не решено.

И всё же впервые будущее не выглядело одной дверью, которую кто-то должен открыть.

— А Эстель? — спросила Мирель.

— Что с ней?

— Она видела себя хозяйкой дома. Матерью наследника. Теперь решила сделать так, чтобы именно это и случилось.

Рейвен пожал плечами. — Тогда она уже не пророчица в этой истории.

— А кто?

— Человек, который выбрал цель.

Мирель усмехнулась. — Вы опять говорите слишком просто.

— Помогает.

Она посмотрела в окно.

За стеклом уже темнело.

Адриан сейчас оставался в доме с женщиной, которая честно сказала, что однажды выберет ребёнка вместо него.

Он мог уйти.

Мог остаться.

Мог продолжить верить, что со временем она полюбит сильнее.

Это больше не было делом Мирель.

И впервые она смогла подумать об этом без желания предупредить, спасти или доказать.

Просто его выбор.

Такой же, какой она требовала для себя.

Мирель допила чай и поднялась.

— Завтра напишем Терезе.

Рейвен посмотрел на неё. — Уже решили?

— Да.

— Зачем?

Она подумала.

— Не спасать.

— А?

— Спросить, чего хочет она.

Рейвен кивнул.

Лина улыбнулась.

И Мирель вдруг почувствовала, что это решение действительно принадлежит ей. Не Адриану. Не Эстель. Не сердцу. Не мужчине, который сидел рядом и мог однажды стать чем-то большим.

Просто её следующий шаг.

Этого пока было достаточно.

Адриан прислал за ней на следующий день после полудня, и на этот раз письмо было настолько деловым, что Мирель почти сразу насторожилась. Он сообщал, что нашёл в семейных архивах ещё одну запись о возврате сердца при живом супруге и хочет показать её лично, потому что старый текст нельзя выносить из родового дома. Ни просьбы остаться, ни очередного предложения обсудить Элмар, ни упоминания Эстель. Мирель перечитала записку дважды, после чего молча передала Рейвену. Тот сидел за столом перед раскрытой книгой, ещё немного берёг бок после освобождения Лианны и теперь раздражал её новой привычкой действительно останавливаться, когда рана начинала болеть. Несколько дней назад Мирель сама требовала именно этого, но обнаружила, что привыкать к разумному Рейвену почти так же трудно, как к безрассудному.