Книга Всё начинается с нуля, страница 73 – Ания Сказ

В больших глазах Улимы блестели слёзы. А я, как никогда ясно сознавал, что сам до сих пор не разобрался в собственных чувствах к Шарин. Порой она очаровывала, а иногда доводила до нестерпимого желания прихлопнуть её какой-нибудь толстой энциклопедией, ну или, по меньшей мере, смертельно обидеться. Однако, при всех оных условиях только ленивый не намекнул мне о моём особом к ней отношении. Зла не хватает.

— И вообще, — возвращая самообладание проговорила Улима прямо встретив мой тяжёлый взгляд, — если бы я кому-нибудь рассказала, меня бы бросили в темницу. Так что идти с тобой — это лучший из возможных вариантов.

И я был вынужден согласиться.

Когда жёлтая булыжная плитка Златавира под нашими ногами переросла в ковёр из мелкой каменной гальки мыса Суйда, совсем стемнело. Факелов и уютных фонариков, разумеется, уже не было и мыс окутывала густая чернильная тьма. Даже моим зорким эльфийским глазам было трудно различить что-либо помимо мерцающих вдали у моря огней портового городка и массивной тени Стражницы, неровным столбом возвышающейся на горизонте.

— Какой дурак назначил тебе рандеву здесь? — возмущённо спросила Улима, оскальзываясь на мокрых камнях.

Я быстро схватил её за руку, предотвращая падение.

— Тот, кто боится встречи днём на открытой местности, — философски заключил я, исподлобья рассматривая приближающийся чёрный контур башни.

Где-то глубоко внутри теплилась надежда, что цепные псы Лизария, как и я, забыли про назначенную встречу. Ведь если взглянуть на вещи здраво делить нам было абсолютно нечего.

Когда перед нами возник неровный провал входа, зияющий в темноте, я машинально поднял голову, вглядываясь в вершину башни. На краткий миг мне показалось, что на маяке вспыхнул свет. Желтый огонёк стремительно мелькнул и исчез, унося с собой мою надежду на лёгкий исход дела. Следя за направлением моего взгляда, Улима жалобно пискнула:

— Я туда не пойду! — В подтверждение своих слов она затормозила метрах в двух от башни. — Кухарки в замке говорят, там обитает целая стая призраков. Особенно лютует погибший смотритель со своими родственниками. Шляются по ночам всей семейкой, пугают случайных путников. — Голос Улимы заметно дрогнул. Кажется, она умудрилась испугать саму себя.

— Старшая горничная их собственными глазами видела, — доверительно добавила она.

Скептическое выражение моего лица, в темноте Улима заметить не могла, а посему восприняла моё молчание за серьёзный подход.

Решив подразнить её, я спросил без тени юмора:

— А кого именно она увидела? Обычных призраков или несчастные страдающие души?

Улима задумалась на мгновение, очевидно вспоминая детали рассказа горничной. По её лицу пробежала тень сомнения, а затем лицо девушки загорелось как сигнальный фонарь на маяке. — Идиотов, налакавшихся дешёвого пойла в ближайшем трактире и отправившихся изучать местную достопримечательность! — нехотя буркнула она, складывая руки на груди. — Но всё равно больше их никто не видел. — Закончила Улима загробным голосом.

Не удержавшись, я прыснул в кулак.

— Не смей смеяться! — Обиженно рыкнула она в мою сторону.

Я тут же прикрыл рот ладонью и поспешил снова поднять взгляд на темневшую макушку башни. Даже сейчас она не внушала мне ужас. Просто старое, усталое строение. Единственное, что действительно могло грозить нам, это быть прибитыми добрым куском серого кирпича, отслоившегося от древних стен.