Книга Без паники! или Влюбиться любой ценой, страница 24 – Любовь Фомина

— Девушка, давайте познакомимся? — Резко подлетает ко мне мальчуган в чем-то сильно модном и, разумеется, холодном.

Я окидываю его вопросительным взглядом с головы до ног и прохожу дальше, качая головой, словно развеивая наваждение. В наше время необычно, когда подходят знакомиться на улице. И даже пугающе в некоторой мере. В интернете взял и прочитал все про человека, с которым общаешься. А потом из разговора понимаешь больше, например, стоит ли видеться вообще. А тут кот в мешке. И совсем не понятно, что за мотивы у этого кота.

— Да не бойтесь, я не маньяк, — догоняет он меня и улыбается, опровергая свои слова. — Меня, кстати, Ваня зовут. А вас?

— Я не знакомлюсь, — бросаю ему, ускоряя шаг.

К моему великому счастью, парень больше не пытается меня нагнать. Но я уже не замедляюсь и гоню в свое гнездо. Хватит на сегодня прогулок. А если так и будет продолжаться, то, боюсь, и вовсе перестану выходить из дома, кроме как на работу. Хотя фриланс уже давно придуман … Безвыходных ситуаций нет! Причем, видимо, безвыходные мне и нужны.

И только я захожу в квартиру, как начинает вибрировать телефон. Неужели отец так скоро решил перезвонить? Но на экране предательски горит «Заведующая дети». Не ответить не позволяет мне моя совесть, даже несмотря на то, что сегодня у меня выходной. Как, впрочем, и завтра.

— Анечка, добрый день! — Пропевает заведующая совершенно не свойственным ей голосом.

— И вам добрый.

— У нас случилась ситуация непредвиденная, не сможешь ли ты завтра выйти на работу? Разумеется, за выходной. Возьмешь, когда захочешь!

— А что произошло?

— Твоя сменщица заболела. И проще конечно попросить тебя, выручить женщину, вы все-таки в одной связке работаете, чем искать кого-то из других отделений, согласовывать графики … Муть в общем. Так что, ты согласна завтра выйти?

— Ну … хорошо. — Сама не веря своим же словам, произношу я самую главную свою ошибку.

— Отлично! Я знала, что ты не подведешь.

Она сразу же отключается, а я упираюсь глазами в стену. И на что я только что подписалась? Меня же каждый раз теперь так будут дергать. И звонить. И ожидать, что я всегда готова работать за кого-то.

Но и оправдание для себя я тоже нахожу быстро. На завтра ведь планов у меня не было! Зато сегодняшние планы по просмотру фильма с подругой придется отменить. Как говорится, в любой непонятной ситуации думай после разговора, а не во время него!

Весь день заведующая улыбается мне, кокетничает и захваливает. А под конец рабочего дня и вовсе подходит с очередной просьбой кого-то подменить. Я, разумеется, отказываюсь, но этот мой отказ всерьез уже не воспринимается. Женщина подергивает плечами и обещается зайти послезавтра. И только в этот момент я по-настоящему ощущаю свою ошибку — мне работать три дня подряд! То-то сегодня день пролетел легко и незаметно. Боюсь представить, что будет через день.

И я не ошибаюсь. На третий день, который хочется назвать последним, пока не всплывает в голове рабочий график, по которому через два дня я опять выхожу на работу, я оказываюсь выжата, словно лимон. Хотя по сравнению по мной, с лимоном еще лояльно обошлись, по-человечески. Мне все-таки впихивают еще рабочих дней, благодаря которым мой график из два через два превращается в пять через два. И все бы ничего, но это каждый день по двенадцать часов без учета дороги. И обедом, который, кстати, нужно заранее привозить с собой, ведь тут не кормят. Да и время обеда нужно себе выискивать, ведь первым делом нужно обслужить детей, а потом уже себя. Зато я могу быть счастлива! Я хотела совершенно другую работу, не похожую ни на одну предыдущую. И я смогла достичь своей цели! Но этого ли я хотела? На думы об этом сил никаких уже не остается, и я, скорее интуитивно, доезжаю до дома, не вникая в тонкости вождения и ситуации на дороги. Конечной моей точкой оказывается кровать. Я на нее просто падаю, в полете стягивая с себя вещи. А что осталось — извините, в следующий раз. А кровать ласково принимает меня в свои объятия и погружает в сон, обещая возможность забыться даже о колготках, спущенных до колен и зудящих в местах складок.