Книга Забытая жена, страница 196 – Сандра Барро

В её глазах стояли слёзы. Я поняла, что она в отчаянии. Не раздумывая ни секунды, я подошла к ней вплотную, крепко обняла за худые, вздрагивающие плечи и почувствовала, как она напряжена.

— Ну что вы, Фрида, – твёрдо сказала я. – Никто вас не прогонит. Графиня уехала, а мой муж – справедливый человек, он знает обо всём и принимает участие в судьбе фру Петерсен.

Я развернула её к дому и повела к крыльцу, не слушая её слабых протестов.

— Пойдёмте в тепло. Вам нужно согреться и поесть. А потом вы всё расскажете.

Женщина тряслась от ветра, губы её посинели, а из носа текло. Она с благодарностью посмотрела на меня, её глаза слезились – то ли от холода, то ли от пережитого страха. Я повела её через прихожую, мимо смущённо отступающего в сторону Йенса, прямо на кухню. Хельга, взглянув на вошедшую, без лишних слов кивнула Ханне, и та поставила на стол миску с супом.

Усадив Фриду на стул и укутав плечи дрожащей женщины своим платком, я ждала. Она жадно проглотила несколько ложек бульона, и цвет постепенно начал возвращаться на её бледные щёки.

— Бургомистр… он в бешенстве, – начала она тихо, не поднимая глаз от миски. – Его охраняют полицейские, но из комнат он выходит. Всем выдал расчет. На хозяйстве остался только старый слуга, такой же злобный, как и хозяин, да жена его, кухарка. А меня… меня он выгнал взашей, даже не дав собрать вещи толком. – Голос её задрожал. – Он всё допытывался, где госпожа. Кричал, топал ногами. Но… клянусь Благословенным, я ничего не сказала!

Я внимательно посмотрела на неё, замечая, как она вздрагивает при каждом звуке, что доносился со двора.

— Надеюсь, он не бил вас? – с тревогой спросила я.

— Нет… – она покачала головой, вытирая нос краем платка. – Только словами, страшными словами. Хотела уйти ещё раньше, но осталась, чтобы узнать побольше. Я случайно подслушала его разговор, вдруг это поможет фру Сигрид развестись. В тот вечер я была во дворе, снимала бельё, которое не успели убрать, и услышала голоса. Тихо подкралась к стене, там, где окно кабинета выходит в сад, и навострила уши.

Она испуганно оглянулась по сторонам, словно бургомистр мог преследовать её и здесь.

— Видимо, хозяин разговаривал с кем-то через окно, или тот человек стоял совсем рядом с рамой. Мужской голос, грубый такой, сказал: «Не беспокойся, брат, я всё улажу. Они ещё пожалеют, что встали у нас на пути». Меня так и обдало холодом. Я испугалась, когда раздались шаги, и быстро вернулась в дом. А потом он вызвал всех в кабинет, швырнул людям деньги, а мне сказал:«Убирайся из моего дома, старая собака. И чтоб духу твоего здесь не было».

«Брат», – пронеслось у меня в голове. У него есть брат? Или это фигура речи? В любом случае это означало, что у нашего врага есть союзники, и они готовят ответный удар.

— Постойте, – я мягко прервала её, глядя прямо в испуганные глаза. – Вы сказали, он говорил с «братом». А у бургомистра Петерсена вообще есть брат? Вы когда-нибудь видели его или слышали о нём раньше?

Женщина отрицательно покачала головой, и на её лице отразилось искреннее недоумение.

— Нет, фру Линда. Сколько лет живу в этом доме, ни разу не видела. Даже разговоров таких не было. К нему только отец приезжал несколько раз, он очень старый, сухой такой старик, и уже давно вдовец. Больше никакой родни я не припомню.