Книга Забытая жена, страница 209 – Сандра Барро

— Кого там принесло на ночь глядя?! – раздался недовольный голос старика Йохана. Было слышно, что он готов к обороне.

Арвид улыбнулся, узнавая ворчливый тон.

— Открывай, старый бродяга! – крикнул он, перекрывая шум прибоя. – Это я, Корсмо. Привёз отца Сигрид и преподобного. Я помню про твоё ружьё, убери его, мы пришли с миром.

За дверью что-то грохнуло, затем заскрипели тяжёлые засовы. Дверь распахнулась, и на пороге появился Йохан, высоко поднимая масляную лампу. Свет выхватил из темноты его обветренное лицо, густые седые брови и настороженные глаза.

Но стоило ему увидеть нас – меня, Арвида, взволнованного пастора и высокого мужчину, так похожего чертами лица на его подопечную, как суровое выражение исчезло. Он расплылся в широкой, щербатой улыбке, от которой морщинки разбежались по всему лицу.

— Слава Благословенному! – выдохнул он, отступая назад и широким жестом приглашая нас внутрь. – Проходите скорее! Она ждёт… должно быть, сердцем чуяла, всё в окно выглядывала сегодня.

Мы шагнули через порог, оставляя ночь и холод позади. Впереди была встреча, которая должна была изменить многое.

Глава 86

Едва мы переступили порог дома смотрителя, как воздух, казалось, сгустился от напряжения. Запах старого дерева и печной гари ударил в нос, но я почти не замечала его. Всё моё внимание было приковано к центру комнаты.

Сигрид сидела у стола, сжимая в руках чашку. Услышав шум, она резко обернулась. В её глазах на мгновение вспыхнул испуг – привычный страх затравленного зверька. Но стоило ей увидеть фигуру, застывшую в дверном проёме, как чашка выскользнула из её пальцев. Глухой стук и звон осколков о деревянный пол прозвучали словно выстрел.

Юхан Майер стоял, не в силах сделать шаг. Его губы беззвучно шевелились, а в глазах стояли слёзы, которые он даже не пытался скрыть.

— Папа?.. – голос Сигрид сорвался на шёпот, полный неверия и мольбы.

Майер судорожно выдохнул, словно освобождаясь от тяжёлой плиты, давящей на грудь всё это время.

— Сигрид… Девочка моя… Душа моя, – хрипло произнёс он и рванулся вперёд, забыв обо всём на свете.

Сигрид вскочила, опрокинув стул, и бросилась к нему. Отец сгрёб её в охапку, прижимая к себе так крепко, будто пытался защитить от всего зла в этом мире разом. Я видела, как вздрагивают его плечи, как он зарылся лицом в её волосы, что-то шепча – бессвязное, ласковое, утешающее.

— Я здесь, здесь, родная, – доносилось до меня сквозь всхлипывания Сигрид. – Прости меня. Я не знал… Я должен был понять раньше… Теперь никто тебя не тронет. Я убью любого, кто посмеет подойти.

Сигрид плакала навзрыд, вцепившись в лацканы его пальто, и в этом плаче выходила вся боль, унижение и страх, через которые ей пришлось пройти. Это было очищение. Я почувствовала, как у меня самой защипало в глазах, и невольно потянулась рукой к плечу Арвида. Муж накрыл мою ладонь своей, крепко сжав пальцы.

Казалось, прошла вечность, прежде чем буря чувств немного улеглась. Майер, всё ещё придерживая дочь за плечи, отстранился, чтобы внимательно осмотреть её лицо. Его палец нежно коснулся ещё не сошедшего синяка на скуле, и лицо мужчины потемнело, став жёстким.

— За всё ответит, – тихо, но с пугающей сталью в голосе произнёс он. – Каждая слеза твоя ему отольётся. Всё закончилось. Больше никогда. Слышишь? Никогда.