Книга Бурый. Приручить истинную, страница 24 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

А взгляд этого медведя обещает… что угодно, но точно не спокойствие.

— Думаю, нам пора отдохнуть. Слишком нервный вечер выдался, — он проводит ладонью по лицу, затем улыбается мне обезоруживающей мальчишеской улыбкой. — Что думаешь?

— Было бы неплохо, — робко отвечаю.

— Но у меня только одна спальня, Поль… — Бероев усмехается. — Так что давай ты ляжешь на мою кровать, я себе постелю на диване в гостиной.

— Я не могу, это слишком! — сразу ухожу в оборону. — Диван меня устраивает!

— Да брось, Поль! — Гордей встает, собирает кружки, затем берет меня за руку. Кожу опаляет огонь, я вздрагиваю. Но вырывать ладонь не хочется. Мне… приятно. — Если по институту поползет слух, что у Бероева в гостях девушка спала на диване, пацаны мне этого позора до конца диплома не простят! Так что давай-давай, недотрога!

После секундного сомнения позволяю увлечь себя в спальню.

Окидываю взглядом просторную комнату. Здесь всё такое же... «медвежье». Минимум мебели, огромная кровать с темно-серым бельем и этот густой, сводящий с ума запах хвои и дикого зверя.

— Постель свежая, Поля. Надевай любимую пижаму и айда спать, я устал как черт!

Гордей подходит ближе. Слишком близко для того, кто собирается уходить. Чувствую жар, исходящий от его тела, и моя медведица внутри буквально плавится, требуя уткнуться носом в изгиб сильной шеи.

— Я не привыкла, — шепчу, глядя на его ключицы, виднеющиеся в вырезе футболки.

— К чему? К тому, что о тебе заботятся? — Голос Бероева падает до опасного баритона. Гордей протягивает руку и медленно, почти невесомо проводит костяшками пальцев по моей щеке. — Привыкай.

Его взгляд на мгновение опускается к моим губам, и в комнате становится нечем дышать. Воздух густеет, электризуется.

Замираю, боясь пошевелиться… боясь, что если сделаю вдох, то просто упаду в его объятия.

— Спокойной ночи, Поля, — выдыхает он мне в самые губы, затем резко разворачивается и уходит.

Гордей

Кажется, я переоценил свою выдержку!

Переворачиваюсь на живот — толку ноль. На бок — ещё хуже. Член упирается в подушку, как таран. Блядь, да я сейчас простыню насквозь прожгу!

Диван, конечно, удобный, но отвлечься не помогает.

Стояк будто бетонная свая.

Лежу и боюсь лишний раз скрипнуть пружинами — Поля в соседней комнате, у неё слух медведицы, точно поймет, что я тут не сны о рыбалке смотрю.

Может, забить и сходить под ледяной душ?

Нет, услышит воду — решит, что я там... дрочу.

Вот чёрт!

Остаётся одно — лежать и вспоминать таблицу Менделеева. Только почему-то вместо химических элементов в голову лезут её милые носочки и то, как Полина краснела, когда я касался её лодыжек.

Не помогает, чёрт возьми! Наоборот, кажется, я сейчас взлечу прямо с этим диваном!

Ворочаюсь дальше. К каменной эрекции добавляется зуд в районе позвоночника. Он нарастает, пока не становится невыносимым.

Я спрыгиваю с постели и прямо так, в боксерах, шлепаю в ванную. Разворачиваюсь и смотрю на спину. Но там ничего.

Разочарование неприятно царапает где-то под грудной клеткой. Не метка?

— Ну вот, облом, — выдыхаю, взъерошиваю волосы и иду на кухню. Выпиваю стакан холодной воды. Стояк постепенно успокаивается.

Возвращаюсь в гостиную и укладываюсь на диван.

Итак, что мы имеем? Мне нравится Медведева. Это ясно как дважды два. Я ее хочу. Она невероятно милая и красивая девчонка. Наши медведи уже спелись. По всем пунктам мы пара!