Книга Бурый. Приручить истинную, страница 57 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

Мы с Полей переглядываемся.

— То есть, если тварь растает, мы останемся без зацепок, — хмыкаю.

— Я попробую стабилизировать сущность, — произносит Марвин, — или найти хоть что-то о ее происхождении.

Полина после слов чудика поджимает губы. Она мнется, переминается с ноги на ногу и явно нервничает.

Ей страшно. Я беру истинную за руку, мы переплетаем пальцы.

Ксю ведет нас обратно в кабинет Богдана. Глава Гильдии сидит за столом, хмурится.

— Что, уже прикидываешь счета за ремонт? — ухмыляюсь. — В следующий раз лучше укрепляй стены, чтобы всякие тени из других миров не просачивались.

Он бросает на меня испепеляющий взгляд. Затем встает, лезет в шкаф. Шуршит там. И швыряет мне пакет.

— Держи, берсерк. И прояви сознательность, никуда резко не плюхайся. Это штаны из особого стрейч-материала для оперативных выездов, — ворчит Богдан.

С трудом втискиваюсь в предложенную одежду. Штаны обтягивают мои мощные бедра так, что швы едва выдерживают, но делать нечего.

— Сойдет, всяко лучше, чем щеголять голышом. Эм… спасибо, типа.

Богдан протягивает нам с Полиной две белые пластиковые карточки.

— Я внес ваши фамилии в белый список. Чтобы на входе вас больше никто не «лапал», — Охотник прищуривается, намекая на мою недавнюю вспышку ревности.

— Ценю твою заботу о моих нервах, — скалюсь в ответ. — Надеюсь, твои люди будут держать руки при себе. И я постараюсь вытерпеть их присутствие.

— Постарайся, Бероев. Мой бюджет тебе этого не простит, — хмыкает Богдан.

Они с Ксю провожают нас до выхода.

Мы наконец покидаем Гильдию.

И теперь мне нужно выяснить, отчего моя истинная трясется, как осиновый лист…

Полина

Гордей усаживает меня на пассажирское сиденье. Я вся дрожу, понимая, что не рассказала охотникам самое важное. Но почему?

Не знаю… ищу внутри причину, почему утаила. Но не нахожу. Словно что-то во мне сопротивляется их помощи.

— О чем задумалась, детка? — Гордей усаживается в машину, не пристегивается. Вместо этого притягивает меня к себе. Зарываюсь носом в его горячее плечо.

— Я не рассказала им… — шепчу, обнимая своего мишку за шею. — Гордей, я… обманула их.

— Охотников?

— Угу, — киваю. — Когда я заснула, то попала в мир… знаешь, он чем-то напомнил мне ад из книг. Там все горело, даже камни. И воздух все сжигал.

— Нихера себе, — срывается с губ Гордея. — Почему же ты молчала?

Мне становится стыдно.

— Я не знаю, — лепечу, поднимая взгляд и сталкиваясь с тьмой в глазах истинного. И его губы… да, сейчас не время, но ничего поделать не могу. Метка приятно покалывает поясницу.

— Поля, — Бероев убирает прядь волос с моего лица. — Расскажи мне подробнее, что за мир и что ты там видела или слышала. Помнишь?

— С трудом, — я отстраняюсь от мишки, сажусь ровно. — Знаешь, все очень расплывчато. Как во сне… и разум отказывается это обрабатывать.

— Расскажи, что вспомнишь, — он сжимает мою руку.

— Я слышала их имена. Мнемосик… кажется, Элегия.

— Чьи имена? — хмурится Гордей.

— Существ… там было пять тронов. Огромных, сделанных из костей, кажется, человеческих, — слова срываются с губ и кажутся мне абсурдными. Какие троны, какие кости?

И на миг мне кажется, что это правда был просто сон. Моя больная фантазия. Но я все равно продолжаю рассказывать.

А Гордей слушает. И я безумно благодарна своему мишке за то, что он рядом и поддерживает мои даже самые безумные начинания.