Книга По обе стороны времени, страница 23 – Станислав Федотов

Увидев валявшегося на траве прилично одетого незнакомца, они конечно же бросились ему помочь.

— Смотри-ка, у него все ноги в крови! – воскликнула Варя. – Надо воды принести.

Вода была в доме. Умелец Сергей Андреевич пробурил во дворе скважину и всюду, куда надо, провёл водопровод. Варя побежала в дом, а Сева услышал знакомый клёкот, оглянулся и увидел Петра Иваныча, нацелившегося в погоню.

— Цыц! – грозно сказал Сева, и Пётр Иваныч стушевался. Он снова опустился на землю, сделав вид, что его не так поняли, а он совершенно ни при чём.

Варя принесла воду в ковше и чистые тряпицы. Вместе с Севой смыла с ног засохшие потёки крови и пыль, вытерла насухо. Царапины и укусы клювом были глубоки и, конечно, болезненны.

— Йодом бы смазать, – сказала Варя. – Но в доме никого нет.

Тут пострадавший очнулся и посмотрел на них мутным взором.

— Я живой? – сиплым шёпотом спросил он.

— Живой, – улыбнулась Варя. – Встать можете?

Пострадавший поднялся, осмотрел ноги, сморщился, увидев запятнанные кровью носки, но ничего не сказал. Только спросил:

— Кто это меня так уделал?

— Пётр Иваныч, – снова улыбнулась Варя. Улыбкой она хотела подбодрить несчастного незнакомца, но тот недоумённо-испуганно воззрился на неё, и она сочла необходимым пояснить: – Это хозяйский петух. Вон, сидит у ворот. На меня он обычно тоже агрится. Сегодня что-то смирный.

— Пету-ух! – протянул пострадавший и опасливо оглянулся на чинно сидящую птицу. Пётр Иваныч кивнул и беззвучно раскрыл клюв: то ли поприветствовал, то ли извинился за содеянное. – Это он-то смирный? Да такого петуха на цепи держать надо!

— Пожалуйста, тише, – попросила Варя. – Пётр Иваныч всё понимает.

— Тогда сопроводите меня. – Незнакомец подвёл ребят к крылечку магазина. – Дальше я сам. Спасибо за помощь, и можете быть свободны.

— Кто вы? – спросил Сева. Он ждал, что спросит Варя, но та не догадалась. – И что вам здесь надо?

— Да, да, – спохватилась Варя. – Я вчера вас у кафе заметила. Вы подошли, когда мы с Кентом разговаривали, и за деревом стояли, слушали. А теперь…

— А теперь, девочка, в магазине рэкетиры, и ваш Кент предложил им золото.

— Что-о?! – дружно воскликнули его спасители. – Какие рэкетиры?! Какое золото?!

— Не знаю, – развёл руками пострадавший. – Я случайно услышал.

— Рэкетиры – это же бандиты! Надо выручать тётю Таню и Дашу! – спохватилась Варя. – Я за Рамоном. – И умчалась, только калитка хлопнула.

— Всё-таки – кто вы? Зачем зашли во двор? – настойчиво спросил Сева.

— Я – профессор из Благолепинска, Хайдаров Игнатий Васильевич. А во двор зашёл, чтобы отсюда, так сказать, с тыла, попробовать помочь.

— Так давайте помогать! Чего же мы стоим?!

— Помогать буду я, – наставительно сказал профессор Хайдаров. – Дети и рэкетиры – понятия несовместимые. Ждите здесь!

И он исчез за дверью.

Но профессор физики совсем не знал подростков. Он думал, что профессорское звание и безапелляционный тон заставят восьмиклассника стоять навытяжку до команды «вольно», однако Сева, помедлив всего чуть-чуть, последовал за профессором.

А в магазине как раз в то время, когда Варя и Сева возвращали к жизни благолепинского профессора, творилось нечто необычное.

— …золотом возьмёте? – спросил Кент Балагул, и все присутствующие уставились на него, будто он ляпнул что-то неприличное.