Книга Духи Минска, страница 119 – Екатерина Стрингель

— Это очень круто! А знаешь, что я заметил? – серьезно заговорил Андрей.

— Не-а, говори. – Настя отправила в рот еще один кусочек пирога.

— Очень забавно, что вы почти одновременно смогли вернуть то, что по праву должно принадлежать вам. Ты вернула квартиру, Марина Владимировна – «Стрелу», а ее мама – дом родителей.

— Кстати да, я об этом не подумала. – Она прокручивала эту мысль в голове, удивляясь совпадению. – Здорово, когда есть взгляд со стороны.

— Просто все происходит ровно так, как должно быть, – философски заметил Андрей. – А все случайности вовсе не случайны. И ты большая молодец, что тогда не побоялась вернуться в подвал с призраком.

Андрей вышел из-за стола, мизинцем стер крем от пирога с уголка ее губ, взял за руку, подтянул Настю к себе, обнял и поцеловал.

— Так еще вкуснее.

Анна Николаевна медленно шла под руку с Пантелеем Федоровичем. Они мило беседовали и постоянно шутили друг над другом. За ними шла Марина Владимировна в строгом платье и Настя в голубом сарафане.

Жара немного спала после нескольких дождливых дней, местами на асфальте блестели еще не высохшие лужи, а с деревьев на землю падали крупные капли воды. Солнце светило с самого утра, освещая здания с мокрой штукатуркой.

От влажности у Насти начали закручиваться кончики волос. Но сейчас это меньше всего ее беспокоило. Они вчетвером шли ко входу, издалека рассматривая трехметровую дверь. Над ней висела потертая красная вывеска с надписью «Стрела».

— Как много всего связано с этим местом, правда? – заговорил Пантелей Федорович.

— Даже слишком. – Старческий тремор Анны Николаевны перерос в крупную дрожь. Пантелей заметил это и сильнее прижал ее к себе.

— Здесь закрыто, дверь опечатана, – спокойно сказала Марина. – Когда оформим все документы, сделаем официальное открытие, но будет это еще нескоро. Пока закончится следствие, пока приведем все в порядок. В общем, понадобится месяца три. Ну а пока пройдем через служебную дверь.

Они обогнули здание и вошли через дверь возле рампы. На приемке оказалось темно, Настя, освещая путь фонариком на телефоне, вместе с Мариной Владимировной пошла к выключателю.

— Я бы нашла его и в темноте, но так точно удобнее. – На ее лице сияла улыбка.

Они направились в сторону торгового зала, там тоже зажгли свет. Пантелей Федорович пошел в кулинарный отдел.

— Мариночка, вы ведь будете снова печь ваши фирменные круассаны? – невинно улыбнулся старик. – Я только ради них приезжал в этот магазин. И внуков еще отправлял. Мои любимые были с ветчиной и сыром.

— Конечно, Пантелей Федорович, – будущая директор магазина улыбнулась в ответ. – Как же без круассанов‐то? Я уже договорилась со всеми. Девочки-кондитеры прыгали от радости, когда узнали, кто будет новой заведующей «Стрелы».

— Я бы тоже сейчас попрыгал, если бы не ревматизм проклятый, – отшутился Пантелей. – С утра опять спина стрельнула.

Анна Николаевна ходила между рядов, проводила рукой по полкам, периодически поглядывая на потолок. На высоте четырех метров виднелась выцветшая роспись с виноградной лозой, рогом изобилия и фруктами. Штукатурка с краской сильно потрескалась, местами отошла от основания, но, несмотря на это, потолок смотрелся эффектно.

— Я помню, как художники разрисовывали потолок, – заговорила старушка. – Мне тогда было пять лет. Очень впечатлили высокие леса, на которых лежали художники и водили кистями по потолку. Я приходила каждый день и наблюдала, как появляются все новые и новые детали.