Книга Черная Панна, страница 7 – Екатерина Стрингель

— Ой, прости, – воскликнул он, видя, как Настя прижимает руку к телу, пытаясь согреть. – Я все никак не привыкну.

— Все в порядке, ты же не специально, – пожала плечами Настя и пошла обратно к печи.

— Опять этот голубой дым… – задумчиво протянул дух отца, всматриваясь в окуляр.

— Дым?

Отец отпрянул от телескопа.

— При жизни я работал над одним важным проектом, связанным с этим дымом.

— М-м-м? – Настя нахмурила брови. – Ты не рассказывал об этом.

— Он был секретным, ради него я и стал астрономом. – Отец опустился в кресло. – В молодости я жил недалеко от Чернобыля. И, когда произошел взрыв, чуть не погиб, потому что в тот момент находился слишком близко к станции. Меня спасло чудо. Через пару дней я впервые увидел странный голубой дым в ночном небе, тянущийся вверх. Сразу после катастрофы над поселком витало очень много потоков голубого дыма: они струились, объединялись и летели в небо, но через время их становилось все меньше. Чтобы понять, что это такое, я пошел в науку, устроился работать в лабораторию и посвятил много лет изучению этого дыма, который способны видеть единицы. Я чувствовал, что нащупал нечто очень важное, но истина постоянно ускользала от меня. Примерно за год до гибели мне стало казаться, что схожу с ума. Я очень сильно испугался и забросил проект. Понял, что семья для меня все-таки дороже.

— Может, этот незавершенный проект и есть то самое, что держит тебя на земле? – Настя пристально посмотрела на отца горящими глазами. Она-то прекрасно знала, что это за голубой дым. Вот только понятия не имела, куда конкретно он направлялся. Для нее и самой это всегда было загадкой: куда попадают души после того, как их освобождают?

— Даже если так, все мои записи остались в лаборатории, а я застрял здесь. – Он махнул рукой и отвернулся.

Телефон снова завибрировал, Настя подскочила от неожиданности. На экране высветилось: «Лена ОРА». Она посмотрела на время и мысленно выругалась:

«Черт, черт, черт! Я должна быть уже в пути».

— Да, Лена! – как ни в чем не бывало ответила Настя бодрым голосом. – Конечно, уже еду. Все, давай, не опоздаю.

Кодекс ОРА запрещал агентам вести дела призраков своих близких. Руководство считало, что это может быть опасно: личная привязанность помешает сохранять бдительность и придерживаться техники безопасности при общении с духами. Призраки часто дичали в одиночестве и могли навредить агенту. Поэтому Настя держала дух отца в строжайшем секрете. Когда они с Леной обнаружили его в гараже, Настя взяла с нее слово никому и никогда не рассказывать об этом. С тех пор прошло уже два месяца, и каждую ночь Насте снились воспоминания отца о работе в лаборатории.

Отец с грустью посмотрел на Настю. От прежней жизнерадостности не осталось и следа. Каждый раз, когда Настя собиралась уходить, его уголки глаз и рта опускались, а руки прижимались к телу. И каждый раз у нее сжималось сердце.

Настя достала из сумки черный чехол, вынула оттуда планшет и подключила к увесистому пауэрбанку. В гараже имелась розетка, но отец боялся короткого замыкания и пожара, поэтому просил выключать электричество перед уходом. На экране появилась заставка его любимой передачи про космос.

— Извини, мне пора бежать, потом мы с тобой обязательно договорим. Вот, чтобы ты не скучал без меня, я скачала на планшет все сезоны «Исследований вселенной», которые ты, м-м-м… пропустил. – Настя улыбнулась и разместила планшет напротив кресла отца.