Книга Кольцо желаний, страница 119 – Ксения Левонесова

— И почему не украл? Совесть замучила? – серьёзно поинтересовался Рэм.

Яр махнул рукой.

— Не моё это. Не могу забирать омены, которые реально кому-то нужны. Сегодня – часы у слепой, завтра – костыль у старика. И кем я после этого стану? В общем, всё опять идёт к тому, что нам нужна Аврора.

— Только вот родители её защищают сильнее, чем прорицатели своё убежище, – усмехнулся Рэм. – Ну, герой, готов сразиться с двумя драконами за свободу принцессы?

— Я смогу, – решительно кивнул Яр. – Собирайтесь, мы едем к Авроре. Только сначала ко мне домой. Случай экстренный, своя машина нам пригодится.

Я боялась выходить из комнаты.

В тот злополучный вечер на меня кричали, как никогда прежде. Папа ругался, мама плакала. Оба они видели в моём побеге что-то ужасное, опасное, даже предательское. Говорили и про маньяков, и про плохих людей, которые притворяются друзьями. И что настоящие друзья не воруют девушек по ночам. И что приличная девушка не сбежит сама.

Страшнее всего были не крики папы, а мамин плач. Она бормотала, что неправильно меня воспитала, что-то про «рано повзрослела». Боже, почему они всегда представляли самое худшее? И ведь никто не попытался меня спросить, где я была – среди упрёков не нашлось места любопытству. Хотя так даже лучше: понятия не имею, что бы я им ответила.

Ночью, устав плакать, я спилила канцелярскими ножницами восковую руку. Родители её, к счастью, не заметили. Не помню уже, куда положила, вроде бы на подоконник, но потом не смогла её найти.

Утром меня отвезли в школу на контрольные. Я с трудом смогла сосредоточиться: учителя что-то спрашивали, я что-то отвечала. Сейчас я бы не назвала даже темы, по которым отчитывалась.

Теперь я боялась попадаться родителям на глаза. Мама отпросилась с работы, видимо, чтобы контролировать меня. Когда в окно постучал Яр, она чуть с ума не сошла от ярости, даже бросила в него чем-то.

Я сидела за столом, отчаянно изображая, что учусь. Для приличия провела пальцем по шрифту Брайля. Какая-то чепуха. Минуту спустя поняла: книга перевёрнута.

В дверь постучали, и я по привычке сорвалась открывать, но вовремя опомнилась. Мама дома, можно и не выходить.

— Опять ты! – раздалось в коридоре, и сердце ёкнуло. Я всё-таки выскочила из комнаты, чуть не пробив закрытую дверь лбом.

— Здравствуйте. – Это был голос Яра! – Я был во многом неправ и пришёл попросить прощения.

— Пошёл вон! – взвизгнула мама. Сегодня её нервы натянулись до предела.

— Простите, но нет. Мне нужна Аврора, и я уйду только с ней. Кстати, привет!

Я помахала рукой. Он же смотрел на меня?

— Ты что себе позволяешь? – гневно прорычала мама.

Когда взрослые ругались, они все становились одинаковыми. Будто бы при рождении детей родителям предоставляли список фраз, которыми нужно их отчитывать: «подрастёшь – поймёшь», «я ей слово, она мне десять», «хватит питаться одними бутербродами». Вместе со списком некоторым выдавали ремень.

Яр с грохотом сбросил обувь. Топая, подошёл ко мне и уверенно взял за руку. Я отвернулась, пряча вспыхнувшие щёки.

Мама молчала, наверное, поражённая наглостью.

— Мне очень нужна Аврора, – чётко проговорил Яр. – Я не могу допустить, чтобы её запирали и прятали дома. С её головы и волос не упадёт – иначе можете и мою голову оторвать.