Книга Кольцо желаний, страница 88 – Ксения Левонесова

Рэм поёрзал на ветке. Наверное, устроился поудобнее.

— Утром я решил найти работу. Мне тогда было четырнадцать, я выглядел как ребёнок. Не могу судить тех, кто мне отказывал: я просился мыть посуду, заправлять машины, разносить листовки. Где-то предлагали оставить номер телефона, но у меня его не было. К вечеру у меня не осталось сил, желудок сводило от голода, я валился с ног. В очередном дворе меня подозвала старушка.

— Знакомая? – спросила Аня.

— Я тоже так подумал, даже испугался. Но вроде бы она меня не знала. Сказала: «Ты не местный, откуда ты?» Я был на грани, сходил с ума от голода и усталости. В общем, я всё ей рассказал. И про пьющих родителей, и про свой побег, и что денег нет, а на работу не берут. Старуха позвала меня в дом. Мне уже было плевать, я бы и к чёрту в гости пошёл, если бы меня там накормили. Старуха приготовила ужин, а сама расспрашивала про родителей. Кто такие, где живут. Я уплетал картошку и рассказывал ей все без утайки. Она разрешила остаться у неё на ночь. Несмотря на усталость, я не мог уснуть. Шатался по дому, слушал, как храпит старуха. Разглядывал чёрно-белые фотографии на стене, выцветшие книги на полках. Со скуки взял одну из них.

— О нет, – прошептала Аня.

— Что, уже чувствуешь, чем закончится? – усмехнулся Рэм. – В книге лежала заначка. Тысяч двадцать, для меня в то время – огромные деньги. Я испугался и положил всё обратно, лёг на диван, и меня вырубило до утра. Старуха разбудила меня, когда рассвело. Сказала, что я должен вернуться домой, что лучше жить с плохими родителями, чем вообще без родителей. Ха! За свою жизнь я слышал эту фразу сотни раз. Обычно от тех, кто жил в хорошей семье. В общем, я отказался и собирался уйти. Старуха попросила меня остаться хотя бы на завтрак и ушла готовить на кухню. Гремела кастрюлями, кипятила чайник, но я всё равно услышал, как она вызвала полицию. Я запаниковал, но ничего не сказал. Она накрыла стол и ушла, якобы в магазин. Наверное, чтобы встретить полицейских. Я стащил деньги и выбрался через окно, по балконным решёткам.

Рэм оборвал историю резко, боясь сказать хоть одно лишнее слово. Словно это сделало бы его поступок ещё более мерзким.

Никто не знал, как реагировать на признание. Я отошла от дерева, стараясь оказаться как можно дальше от человека, который поделился этой историей.

— Этих денег хватило, чтобы снять квартиру пополам с взрослым парнем. Тот не задавал лишних вопросов, мы с ним вообще почти не разговаривали. После старухи мне было несложно обворовывать людей в автобусах. После того что я совершил, кража дорогого телефона у модной девчонки не казалась чем-то ужасным. Это как сломать себе руку – после такой боли уже не замечаешь царапин от кошачьих когтей.

— Что с ней стало? Со старухой? – зачем-то спросил Яр. Мне захотелось зажать уши, лишь бы не слышать продолжения жуткой истории. Аня затихла, даже не дыша. Не представляю, что творилось в её голове – это же человек, который ей нравился!

— Не знаю. Через пару месяцев совесть настолько загрызла меня, что я вернулся в её квартиру. Долго мялся у порога, боясь постучать. В кармане у меня была приличная сумма, даже больше, чем я тогда взял. Мне казалось, что этим я смогу загладить вину. Дверь открыли другие люди. Когда я спросил про старуху, они сказали, что теперь это их квартира, и никакую бабку они не знают…