Книга Край заблудших, страница 100 – Ксения Левонесова

— Я подчиняюсь только хозяину! – Левая обиженно уставилась в стену.

Правая молча смотрела на Среднюю, ожидая приговора. Как и я.

— Мы ничего не будем решать, мальчик. Дита умрет через час – по нашему времени. Успеешь найти ее, увести – может, она будет жить. Если же нет – тут мы ничего сделать не сможем.

— Где ее искать?

— Это уже не наше дело. Беги, мальчишка. Если успеешь, сможешь ее спасти.

Куда идти? Мыслей – никаких. Хотелось бежать, но без ориентира это бесполезно. Вдруг только отдалюсь от цели? Я сел прямо у пещеры на какой-то плоский камень и уронил голову на руки.

Как просто идти вперед, когда есть цель. Как легко не оборачиваться, если к чему-то стремишься. Как сложно двигаться, когда нет направления.

Дита застряла в тумане? Да, наверное. Иначе бы она оказалась сейчас у судей, или в загробном мире – но они еще не определили ее туда, – или в своем теле, в родном мире. Ее же не было нигде.

«А не сдаться ли мне?» – мелькнула предательская мысль. Я прикусил ладонь, чтобы изгнать страх болью. Как вообще можно чего-то бояться, если только что был готов умереть? Если так подумать, смерти я уже не боюсь. Уже дважды я перешел границу между жизнью и смертью. Не верится, что такой же границы не будет в следующем – еще более мертвом мире.

Пойду к границе. Пройду туман вдоль и поперек, обыщу каждый невидимый уголок. Если не получится – отправлюсь вслед за Дитой в другой мир. В своем мне без нее делать нечего. Пусть судьи болтают, что это не навсегда… Пусть даже они правы. Плевать. Важно то, что сейчас.

«Важно то, что сейчас», – эта мантра крутилась в голове, пока я шел к границе, за поля. За час, мне кажется, не добрался бы, но пространство вновь исказилось, и вот я слишком быстро, не успев до конца смириться с собственной решимостью, оказался возле конвейера. Забавно – из всего города только он и дом Каина остались в целости. Даже мешки с товарами лежали рядом, позабытые и ненужные. Среди них что-то шевелилось. Я подошел ближе.

— Да очнись ты, пьянь… – непривычно обессиленный голос Лема. Когда я его окликнул, он поднял на меня взгляд. Под глазами темнели круги. Не от сажи – скорее от усталости. – Я пытаюсь их спасти, Орф. Но никто не хочет. И этот…

Лекарь ударил по щекам того, кто лежал рядом. Да это же Авель!

— К чему мои попытки помочь, если тут никто не хочет, чтобы ему помогали? – шептал Лем. Он еще что-то говорил, руки его тряслись.

Авель никак не реагировал, только спал пьяным сном. Перегар доносился даже до меня, хоть я и стоял достаточно далеко.

— Оставь его, Лем.

— А что же делать? – Он опять посмотрел на меня, но уже с надеждой. Будто верил, что я сейчас расскажу ему что-то важное. Только сказать-то мне было нечего. Прочитав это в моих глазах, Лем опять поник, но все же отстал от Авеля, поднялся на ноги. – Слышал я, что произошло. Воспоминания разорвали мне голову. Но мы в чудесном мире – раны здесь быстро заживают. Я, лекарь, врач… никому не нужен здесь.

— Почему ты не сошел с ума, как остальные?

Я спросил, но тут же усомнился. Лем не выглядел безумно лишь на фоне остальных.

— Помогать. Каин определил мне эту роль, увидев во мне что-то. Он всегда умел видеть, создавать, распределять людей, как детальки в механизме. Я был частью этого механизма – смазывал и чинил тех, кто сломался. Но как быть, если будильник переехал грузовик? Тут уже не обойтись заменой секундной стрелочки…