Книга Часовой: слуга Императора, страница 107 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Что-то грядёт и крайне нехорошее. Теперь я в этом более не сомневался ни на йоту. Более всего мне не понравились слова прекрасной провидицы о том, что опасность, грозящая мне, может затронуть и тех, кто находится рядом. И случится это в самое ближайшее время. Уж не в Столице ли⁈

И я решил, больше не раздумывая, предупредить капитана Кречета. Спит он сейчас или не спит, а выслушать меня придётся. Кто знает, может у нас последние часы, если не минуты, пошли на счету.

Шел тринадцатый, ведьмин час. И капитан еще не спал. Он сидел за столом и при свете зажжённой масляной лампы что-то писал, макая пером в свежезаправленную чернильницу, которой едва не угодил мне в лоб минувшим днем. На меня он уставился довольно устало и его высокий благородный лоб избороздили пара морщин. И сейчас, в этот момент, громадный мужчина, занимающий собой едва ли не половину каюты, показался мне донельзя уставшим и измождённым, словно нес на своих плечах все тяготы этого подлунного мира.

— Ты разучился стучать в двери, прежде чем войти?

— Не захотел случайно разбудить никого, — я в упор посмотрел на него. — Капитан, мне кажется, что по прибытии в Столицу нам грозит опасность. Назревают серьёзные проблемы. Я здесь, чтобы предупредить вас.

— Тебе кажется? — капитан отложил перо и насмешливо изогнул тонкие губы. — И что ты предлагаешь? Повернуть корабль и на всех ветрах мчаться на север, в Лютоград, наплевав на приказы, судьбу государства и прочее? Так, что ли? Что заставляет тебя явиться ко мне средь глухой ночи с таким ультимативным заявлением?

Я сжал зубы и, как мне показалось, очень обстоятельно и весомо произнёс:

— Я это точно знаю, капитан.

Кажется, он догадался, в чем дело.

— Ааа… Опять твои странные сны?

Я только кивнул. Кречет, раздражённо вздохнув, мрачно уставился на меня. Пляшущий огонёк лампы бросал на его лицо гротескные тени.

— Ты же понимаешь, что я не могу остановить корабль. Ты даже толком не можешь сказать, что именно нам грозит. Где и когда. Что же мне делать, Бестужев?

— Хотя бы быть предельно осторожным, — развёл я руками. — И сохранять повышенную бдительность. И быть готовым ко всему. Пусть даже и к встрече с самим сатаной.

* * *

А где-то далеко на юго-востоке, в крупнейшем и самом величественном городе Великорусской Империи, в одном неприметном особняке, расположенном на одной из самых респектабельных и зажиточных улиц, в погруженной во тьму мягкой шепчущей ночи спальне проснулась Альбина Троекурова.

Откинула тонкое одеяло и прижала к вспотевшему лицу ладони, провела по нему пальцами и, закусив нижнюю губу, осмотрела закутанную в ночные сумерки спальню затуманенным взором, с трудом угадывая во тьме предметы убранства.

Мягкое ложе внезапно показалось ей жёстким, угловатым нагромождением грубых шероховатых камней. Пришедшая из сна в явь грызущая естество тревога никуда не исчезла.

Девушка повернулась на смятых простынях, несколько раз зажмурилась, разгоняя остатки удивительного сна. Нахмурилась, вдруг обратив внимание, что пляшущие на противоположной от кровати стене ночные тени внезапно сгустились, сделались плотнее и насыщенней. Начали двигаться, становясь еще темнее и отчётливее, и складываться в некую картину. Фигуру.

Провидица, замерев в постели, точно кол проглотивши, вцепилась сжатыми до боли пальцами в одеяло, изо всех сил всматриваясь в игру теней. Фигура почти проявилась и нужно было лишь прочитать ее. Понять и осмыслить.