Книга Часовой: слуга Императора, страница 3 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Для усиления нашего маленького отряда на борт «Икара» был переведён полувзвод уже знакомого мне по Кленовке сержанта Кирилла Ростоцкого. Белобрысый смешливый Часовой, со своеобразным шрамом на лбу, делающим его похожим на чудовище Франкенштейна, лично отобрал из своего десятка самых лучших бойцов, самых рослых и здоровых. Чтоб наша делегация внушительней выглядела. Их доспехи закрепили на специальных рамах в десантном отсеке корабля. Полностью заряженные энергокристаллы, монструозное оружие, полный боекомплект.

В остальном корабль шел налегке. Никаких алхимических энергобомб, грузов и дополнительного вооружения. Все ж таки грузоподъёмность разведрейдера была ограничена. Наш главный козырь состоял в скорости и манёвренности. Ну и ещё в уникальной системе ночного наблюдения, которой был оснащён этот кораблик.

Капитаном «Икара» был все тот же Афанасий Ланской, дюжий, представительный мужчина, видавший на своём веку и воздушных демонов, и наземных чудищ. Всё та же старая команда, хорошо себя зарекомендовавшая во время нашего последнего опаснейшего вылета за границу в осквернённые ведьмины земли. Единственным новшеством, точнее, единственным новичком на дирижабле был новый корабельный маг. И вот он сразу вызвал у меня некоторые вопросы…

Возможно, я уже сам себя начал ощущать старым служакой, а, может, мои порою просыпающиеся аристократические гены давали о себе знать… Но при виде нового члена команды корабля я едва не расхохотался. Но сдержался. В случае чародеев никогда не знаешь, соответствует ли внешний облик человека его содержимому или нет. Любой хлипкий дохляк мог оказаться колдуном немалой силы, таящий в своём тщедушном теле прорву магической энергии. И напротив, здоровый мужик мог сподобиться только на безобидные ярмарочные фокусы и разжигание огня без кресала и кремня.

Новенького колдуна звали Михаил Твардовский. Был он совсем молодым и только недавно выпустившимся из Чародейской Школы. И по запросу нашего командующего при протекции наместника Лютограда барона Горя в спешном порядке выписан из Столицы и направлен к нам на службу. А теперь, еще не успев как следует привыкнуть к жёстким условиям фронтира, снова возвращался в Столицу, пусть и на время.

Несмотря на довольно громкую и звучную фамилию, серьёзного впечатления на первый взгляд он не производил. На вид обычный прыщавый студент среднего роста, лысый, узкоплечий, с унылой физиономией и ничего не выражающими тоскливыми голубыми глазами. Более органично он бы смотрелся на посту библиотекаря или у школьной доски, чем на борту боевого воздушного корабля Ордена Часовых. Но в нынешних реалиях нам выбирать не приходилось. Довольствовались тем, что есть. В очередной раз подтверждался тезис о том, что Северные земли это гиблое место, ссылка для «особо одарённых», из которых выживала в первый же год и продолжала нести службу в дальнейшем, дай бог, половина.

Ростоцкий, посмеиваясь, мне потом рассказал, что, увидев нового корабельного чародея «Икара», сержант Корнедуб долго плевался и бухтел, чем здорово вывел из себя Ланского, который пребывал не в лучшем расположении духа. Капитан «Икара» по-прежнему ничего не знал об истинных причинах гибели своего прежнего чародея, предателя Гашека, едва не угробившего меня у Ведьминого круга.