Книга Часовой: слуга Императора, страница 57 – Максим Шторм, Дейлор Смит

— Ты на что намекаешь⁈ Что я готова в спину ударить? Да ты знаешь, что я однажды своей грудью прикрыла друга от хагера⁈

Она яростно ткнула себя пальцем под ребра, где за одеждой скрывалась похожая на удар клинка так заинтересовавшая меня отметина давнего шрама.

Я понимающе кивнул и сказал:

— Достойный поступок. Держись этого пути и мы не станем врагами. В противном случае — пеняй на себя.

Больше ни сказав ни слова, я круто повернулся и направился к выходу, оставив замолчавшую девушку таращиться мне вслед. Да, с учетом того, что я от неё услышал, теперь и правда стоит рядом с ней быть повнимательнее.

Время, остававшееся до окончания нашего воздушного пути неумолимо уменьшалось. «Икар» продолжал лететь, практически не снижая скорости. Мы шли высоко, настолько, насколько было возможным для корабля подобного класса. И днем и ночью, не зажигая огней, среди облаков и ветра. Погода благоволила. Ни один шторм или грозовой ливень не встретились нам, преграждая дорогу.

И ни одна ведьмина тварь не возникла на нашем пути. Ни одно дьявольское отродье не появилось в небе, ни солнечным днем, ни звездной ночью. Совсем скоро мы должны были прибыть по назначению. Учитывая огромную высоту, на которой шёл наш рейдер, как ни всматривался, за пеленой облаков далеку внизу не было видно ничего. Вокруг одна молчаливая кромешная пустота. Огромное бесконечное воздушное море. И тишина.

Такая же тишина царила и в магическом эфире. Рогволд с Твардовским четко отслеживали любые колебания магических полей, на предмет вмешательства иной чужеродной магии. Но все было спокойно. Ни черной ворожбы, говорящей об атакующих нас заклинаниях или приближении нечисти, ни зарождающихся внизу Проколов. Пока что внешние обстоятельства определённо работали на нас. Дежурившие в подзорной рубке моряки, периодически посматривающие в окуляры удивительного оптического прибора, также ни о чем особо интересном не докладывали.

Наедине я спросил Рогволда, что он думает о своем коллеге по ремеслу, Михаиле. Боевой чародей Ордена, задумавшись, как мне показалось, немного дольше необходимого, признался:

— Не самый пропащий парнишка, спорить не буду. Головастый. И будь я на месте руководства Чародейской Школы, уж точно не отправил бы его на Север, в Тринадцатый Корпус. У сосунка определено есть неплохой потенциал.

Даже так? Услышать такие слова из уст Рогволда дорогого стоило. Значит, я не прогадал, когда решил защитить Твардовского в тот памятный день. Парнишка ещё станет достойным и хорошим волшебником для нашей Стражи. А вдруг даже получится перевести его с корабля на землю, нести службу в Цитадели? Вот я уже и рассуждаю, как будущий командир…

С Дорофеевой больше стычек не было. Да мы особо и не старались друг с другом заговаривать или же лишний раз встречаться, наедине. Хорошо хоть при виде меня перестала нос морщить, словно учуяла что зловонное, да шипеть как гюрза. Теперь моё присутствие боевая амазонка просто игнорировала, словно меня вообще не было на борту дирижабля. Да и хрен с нею. Лишь бы потом, внизу, не подвела. Оставалось надеяться, что Дорофеева опытный Часовой, и умеет отделять личную неприязнь от чувства долга.

На мой прямой вопрос Кречету, зачем он посадил в последний миг Алёну на корабль, зная о ее отношении к фамилии Бестужевых, капитан сумел меня удивить. Я зашёл к нему в кабинет вечером, накануне последней ночи перед расчётным прибытием в район Ярограда.