Книга Стальной Рубеж 2, страница 38 – Владимир Мухин, Андрей Северский

Не думал, что это скажу, но тюрьма здесь очень комфортная. Просторная камера для одного человека, матрас, набитый сеном, которое приятно пахнет. Есть унитаз с рукомойником, стол и стул. Даже небольшое окошко под потолком.

Я представлял нечто другое, когда услышал слово «Темница». Думал, меня закроют в земляную яму или в подвал без окон. А тут, по сути, ночлег в общине. Только решетки вокруг.

Отличная возможность слегка отдохнуть да собраться с мыслями. Жаль, только телефон не дают, без него непривычно.

Зато у меня есть собеседник в виде ИИ. Точнее два собеседника, здесь еще Свир. Видно устал сидеть в моей комнате, вот и пробрался сюда. Хорошо иметь мелкого помощника, а он еще обижался, что сделал его таким маленьким.

Не стоит пояснять, что меня подставили. Система управления Родом была взломана. В нее встроили вирус, который действовал очень непродолжительно, но имел наивысший приоритет.

По сути, из робота создали торпеду. Инструмент одноразового действия, который нужно было использовать для своих целей меньше минуты.

Знаю, что надо было это предусмотреть. Если нет, то пресечь на корню, как только кто-то взломал систему.

Но я был занят другим, к тому же сильно устал. У меня нет даже десятой части тех сил, которые были раньше. Заговорщики всегда находят лазейки, если им надо. Глупо винить себя за случившееся.

Я всякое повидал в прошлой жизни. Знаю, что враги способны на многое. Лучше не мучить себя угрызениями совести, а думать, что делать дальше.

Очевидно, что я не убийца. Но все же это серьёзный удар по моей репутации. Все равно найдутся кретины, которые поверят, что я виновен. Другие будут просто меня опасаться. Третьи встанут на мою сторону, но «осадочек» точно останется.

— Свир, свир-свир! — сказал сверчок, забравшись на подоконник решетчатого окна.

— Что? — спросил, вынырнув из потока мыслей. — Нет, бежать пока не планирую. Да, поможешь мне если что, без проблем. Но пока нет.

Конечно, я могу выбраться из этой камеры, несмотря на электронный замок и охрану. Но это пока что не выгодно. Убегать — значит признать вину. Посмотрим, что будет дальше.

— Вы можете представить доказательства на суде и подать апелляцию, — посоветовала мне Ири.

— Если этот суд вообще будет, — процедил, ложась повыше и смотря в потолок.

Кстати, интересно, как меня будут судить? Как вообще пройдет следствие? Какие доказательства в пользу моей виновности?

Мне пока ничего не сказали. Просто несколько раз допросили, задавая одни и те же, максимально тупые, вопросы.

Решил набраться сил перед грядущими событиями и хорошенько поспать. Недавно как следует пообедал. Кормили тут по тюремным меркам отлично. Теперь бы еще покемарить до ужина, и будет вообще красота.

Решил так, и уже хотел повернуться на левый бок. Но свет в камере резко включился, на двери с писком загорелась синяя кнопка. Замок открылся с характерным щелчком.

Потом в коридоре раздались голоса, и ко мне вошел полковник Румянцев. Он быстро осмотрел камеру, затем безрадостно улыбнулся, через силу растянув губы.

— Ну, здравствуй, герой, как ты тут? В мое время темницы были похуже. Сейчас это больше напоминает курорт, нежели наказание, — сказал он, тщетно пытаясь меня подбодрить.

— В этом курорте нет ничего хорошего, господин полковник, — ответил, вставая с нар, чтобы соблюсти приличие.