Онлайн книга «Моя императрица»
|
Глава 1 Душевная встреча, или «Кто там, за окном?» Шестигранное дуло пистолета ткнулось мне прямо под нос, и замогильный голос произнес с хрипотцой: — Чего хотел? Говори, поганец, пока я тебе в морду не выстрелил! Подобная перспектива меня мало прельщала. Но внутренне я все же порадовался: Гаврила как всегда был наготове, и постороннему проникнуть в мой дом без дозволения не представлялось возможным. Каким-то неведомым образом перед глазами у меня появилась картинка этого пистолета, как если бы я смотрел на него изнутри. Он явно был заряжен. Я видел туго забитый пыж, видел круглую свинцовую пулю, и даже заряд пороха под ней тоже видел, крупинку к крупинке. Это было странно и утомительно одновременно, и чтобы избавиться от этого наваждения, я потряс головой. Картинка перед глазами моментально исчезла, сменившись привычной реальностью. Я приподнял яблоневую ветку, склонившуюся над калиткой, и тяжело глянул на своего слугу из-под бровей. — Убери пистолет, Гаврила. Не ровен час, и впрямь пальнешь. Как потом перед матушкой моей Настасьей Алексеевной оправдываться будешь? Пистолет медленно пустился. А брови у Гаврилы наоборот — поползли вверх. — Барин? — мне показалось, что он на мгновение даже растерялся. — Да я ж тебя сразу-то и не признал! Изменилось в тебе что-то, а я никак не пойму что… Сунув пистолет за пояс, он рывком распахнул калитку и взял меня за плечи, внимательно всматриваясь в лицо. — Ты ли это, Алексей Федорович? Или уже не ты? Как будто лет на пяток постарше стал за эти три дня… Глаза его так и шарили по мне, словно выискивая знакомые черты. Он даже за подбородок меня взял, голову туда-сюда покрутил. Но я поморщился и отпихнул от себя его руку. Прошел в калитку, ведя за собой в поводу Снежку. До Гаврилы как будто только сейчас дошло, что я вернулся. Он вдруг принялся суетиться, бегать вокруг меня, охать и приговаривать всякую ерунду, вроде такой: «Отощал-то как, барин! И вверх еще пуще вытянулся, как после болезни! Хворь тебя там, что ли, свалила, в Сагаре ентом? После хвори всегда вверх тянутся, аки цветочки…» — Гаврила! — недовольно окликнул я слугу. — Чего изволишь, барин? — Помолчи, ладно? — Хорошо, барин, помолчу… Как же не помолчать-то? Помолчать всегда сподручнее! Это вот сказать что умное — тут умение надобно, да университеты всякие. А помолчать-то — ума много и не нужно. Я завсегда молчать привык… — Гаврила! — Ась, барин? — Заткнись! Я сунул ему поводья и, покачиваясь, поковылял к дому. В гостиной задерживаться не стал, сразу прошел в столовую и рухнул на стул за обеденным столом, на котором не было ничего, кроме еще теплого самовара. И представил себе, как на этом столе еще недавно стояли всяческие яства: пироги с рыбою, каша с коровьим мясом, печеная щука, малосольные огурцы с укропом и чесноком, а еще бараньи потроха, обжаренные с луком… При мысли об этом меня почти пополам согнуло, а с губы едва слюна не потекла. — Гаврила! — Слушаю, барин! — Еда в доме есть? — Найдется. А чего хочешь-то? — слуга торопливо зажигал все свечи, какие тут имелись, и в помещении постепенно становилось все светлее. — Тащи все! Хоть козлиное копыто — один черт сгрызу! — Ишь изголодался как! Не кормили тебя там, в Сагаре этом. Святым духом они там питаются, что ли? |