Книга Точка Бифуркации #11, страница 108 – Дейлор Смит

— Знаешь, Лёха, что думаю? — наконец созрев в своих мыслях, произнёс он, подняв на меня взгляд.

— И что же? — я почувствовал, как настрой в комнате начал меняться. Голос княжича звучал слишком серьёзно для нашей расслабленной обстановки.

Белорецкий выпрямился, облокотился на стол и, слегка нахмурившись, заговорил:

— Нам вот не в бане сейчас нужно сидеть, а идти и турка бить!

Я улыбнулся, сделав вид, что его слова меня не удивили. Подняв кружку с недопитым пивом, я откинулся назад и, мысленно отмечая, что Белорецкому как раз, пить, возможно, уже и не надо, с иронией в голосе произнёс:

— Не, теперь пока эту бочку не допьём, я никуда отсюда не сдвинусь.

Максим, поддержав мой настрой, тут же добавил:

— Верно, Лёха. За победу!

— За победу! — подхватил Степан, встав с кружкой в руке.

Мы все дружно чокнулись, стеклянный перезвон наполнил комнату. Андрей тоже поднял свою, но пил медленно, словно обдумывая что-то важное. Опустив кружку на стол, он оглядел нас, как будто пытаясь понять, насколько серьёзно мы воспримем его слова. Затем, неспешно и с очевидной уверенностью, продолжил:

— Я ведь не шучу. Весь день об этом думаю. Мы такую работу проделали колоссальную, и что думаете дальше?

Степан слегка нахмурился, его весёлое настроение на миг угасло:

— Что?

Андрей перевёл взгляд с него на Максима, затем на меня. Его голос стал твёрдым, а лицо — решительным:

— Думаете, главный турок пожалеет сложившую этой ночью головы армию? Остановится? Не верю, — качнул он головой. — Мстить будут. И ресурса у них на это пока что достаточно.

Слова Белорецкого прозвучали тяжело, но в них была правда. Настроение в комнате ощутимо изменилось. Максим, который до этого казался самым весёлым из нас, слегка сдвинул брови, а Степан выпрямился, явно готовый включиться в обсуждение.

Я решил немного разрядить обстановку, но при этом поддержать тему:

— Вижу, у тебя и предложение какое-то дельное на этот счёт имеется? — произнёс я, глядя прямо в глаза княжичу.

Белорецкий кивнул, его взгляд стал ещё более сосредоточенным:

— Есть. Уничтожить главный штаб их войск. Не их армию, не технику, а именно штаб. Обезглавить всю верхушку. От штабных генералов до министра обороны. Армия без командиров — это сброд. Дальше у них такие проблемы начнутся, в том числе и со своими соседями, что османам будет не до нас. Вот о чём я думаю, господа.

Слова Андрея повисли в воздухе, давая пищу для размышления каждому из присутствующих. Я смотрел на своих товарищей, пытаясь понять их мысли. Максим казался задумчивым, а Степан слегка нахмурился, явно взвешивая все «за» и «против».

— Значит, штаб? — тихо произнёс я, глядя на Андрея. — Хорошо. И как именно ты это себе представляешь?

Андрей слегка усмехнулся, но в его взгляде появилась тень загадочности:

— С твоими ресурсами, Лёха, и моей силой, — на этих словах я не сдержался и закашлялся, с трудом подавляя смех. — Ну прости-прости, — Белорецкий тут же поправился, — и нашими силами, мы им такую кузькину мать покажем!

Небо затянуло серыми облаками, из которых медленно сыпался снег. Он кружился в воздухе, ложился на землю, но тут же исчезал, оставляя после себя лишь тонкую водяную плёнку. Древний турецкий город, раскинувшийся в предгорной местности, смотрелся одновременно уютно и настороженно. Небольшие дома с плоскими крышами прятались за холмами, а в низинах текла широкая река, которая, казалось, помнила все секреты здешних мест. Ветра почти не было, и тишина казалась абсолютной, нарушаемой лишь редкими шорохами падающего с веток снега.