Книга Буря на горизонте, страница 155 – Анна Сешт

Некоторое время они молчали. Потом командир стражи встал из-за стола, чтобы налить им обоим ещё пива. Он чувствовал на себе изучающий взгляд друга, раздумывая о том, каковы рэмейские осведомители на самом деле. Кому они верны и почему? Что представляют собой? Да и вообще, есть ли у них своя жизнь, свои интересы? Имело ли для Стотида значение пройденное вместе, или всё это было лишь незначительными элементами одной общей картины, в которую командира явно не собирались посвящать?

В тишине они выпили ещё, прежде чем Никес вздохнул и сказал:

— Ну и как мне теперь с тобой быть? Формально ты подчиняешься мне как командиру стражи… а на деле, поди, стоишь намного выше.

— Я пока намерен оставаться в леддненской страже, коли ты позволишь, – мягко ответил Стотид. – В конце концов, дело у нас общее.

— А что может изменить это? – прямо спросил Никес, глядя в глаза осведомителю. – В какой момент оно перестанет быть общим?

— У меня нет приказа вредить тебе. Напротив, я должен всячески тебе содействовать, – серьёзно ответил тот. – Ты – на своём месте, и я рад этому. Но придётся тебе очень непросто, Никес, сын Тодиса. Надо ли мне говорить, что не все здесь рады твоему возвращению, хоть и помалкивают пока? Когда царевич отбудет в столицу, тут запахнет, как в переполненном нужнике, – он осклабился в такой знакомой Никесу ухмылке и подмигнул. – Но ты не лей в сандалии, командир, разберёмся! Ещё всех переживём.

Стотид поднял кружку и чокнулся с Никесом.

— Я, конечно, знал, что за всеми моими делами следят… – вздохнул командир, после того как глотнул ещё пива, – и будут докладывать рэмеи…

— А как же.

— Но что это будешь ты… Никогда бы не подумал! – Никес покачал головой, всё ещё потрясённый своим открытием. – По тебе и не скажешь ведь!

— Ты уж только сделай милость, друг, не делись сим откровением ни с кем, – хмыкнул осведомитель.

— Ясное дело, – буркнул командир. – Но как следует подумать обо всём мне необходимо…

Он расстроенно выругался вполголоса и отхлебнул пива. Товарищ посмотрел на него почти сочувственно.

— Боги знают, что теперь будет! Царевич на людях не появляется… Народ волнуется, – вздохнул Никес и вскинул голову. – Что с почтенным Нэбвеном – известно? Меня к нему не допускают, хотя доклады Сыну Солнца я приношу исправно. Иногда мне кажется, что он их почти не слышит.

— Врать не буду, скверно всё, – ответил Стотид, постукивая пальцами по столу.

— Но он ведь выживет? – упавшим голосом спросил командир.

— Мы все на это надеемся, – мрачно ответил осведомитель, и Никес понял, что тот не меньше, чем он сам, тревожится за рэмейского полководца, даже не пытаясь скрывать или как-то приукрашивать положение дел. В следующий момент в Стотиде снова что-то неуловимо изменилось, и за столом сидел тот же бывший разбойник, что и в начале разговора. – Ай и доброе пиво у тебя, командир! Спасибо, что со службы взашей не погнал! А то ж ведь оно как… пока его сиятельная рогатость изволит нести дежурство возле почтенного военачальника, нам порядок охранять до́лжно. Верно я говорю, командир?

Он уже не вполне трезво отсалютовал полупустой кружкой. Хотя насколько на самом деле был пьян осведомитель, оставалось только догадываться, да ещё восхищаться его безупречной игрой. Никес усмехнулся и кивнул, попутно решив для себя не спрашивать, какую роль во всём этом играет Нератис. Учитывая, как полуэльф поддерживал царевича, было ясно – он тоже служил рэмеи, а большего командиру стражи и не требовалось.