Книга Выбор богов. Книга 1, страница 172 – Анна Сешт

Хэфер покачал головой и с горечью усмехнулся.

— О вас с матерью говорили многое. Говорили, что ты сделал её царицей только лишь потому, что она очаровала тебя искусством Золотой, потому что была первой, кто разделил с тобой ложе.

От пощёчины клацнули зубы, но он выдержал гневный взгляд Владыки и договорил:

— Разве то, что говорили о вас другие, меняло саму суть ваших чувств?.. Чары Золотой… искусство воскрешения… Тэра – моя жизнь. Как и моя мать была жизнью для тебя, и после её ухода солнечная ладья зашла для тебя навсегда.

Взгляд Секенэфа смягчился, высвобождая живительное золото. Точно неведомый порог некоего испытания был пройден.

— Я… понимаю, – изрёк он наконец, кладя ладони на плечи царевича. – Я вижу истину за твоими словами. Но, Хэфер, она действительно твоя жизнь. Это не метафора. Нити переплетены слишком тесно… и если она уйдёт… Нет, этого… я допустить не могу, – тихо закончил он, обращая последние слова скорее к себе самому.

Безумная надежда развернула крылья в его душе.

Хэфер отступил, опустился на одно колено с достоинством, подобающим потомку Ваэссира, принимающему волю своего предка.

— Я сделаю всё, что угодно, всё, что прикажешь, и что будет мне по силам… Только спаси её.

— Всё, что угодно… – медленно повторил Секенэф. – Боюсь, ты откажешься от своих слов, сын… Я могу повернуть ритуал крови так, чтобы сохранить их обоих. Тэра станет рэмеи и войдёт в наш народ. Она будет одной из величайших жриц, каких только знала наша история.

— Это… возможно? – потрясённо прошептал Хэфер. – Ты ведь только что сказал, что…

— Войдёт в наш народ в этом своём воплощении, – уточнил Император. – Есть то, что почти никогда не делается, ибо жизнь Владыки принадлежит его земле и его народу. Последней, кто решился на такое, была Владычица Хатши – чтобы её избранник, Сенастар, наверняка пережил трансформацию. Я сделаю это. Я… проведу Тэру через ритуал и отдам ей часть себя самого, несколько лет моей собственной жизни. Ради тебя, Хэфер, и ради того, кто родится, – нашей плоти и крови.

Невозможный, немыслимый дар! Он не посмел бы и просить о таком, даже если бы знал, что подобное таинство существовало. Боги всё же не отвернулись от них, не забрали дарованное чудо!

Секенэф вздохнул.

— Прежде, чем ты согласишься… выслушай, что предстоит сделать тебе. Ты оставишь Тэру. Ты не будешь видеть её, не будешь пытаться разузнать, где я скрыл её, и не явишься, чтобы признать вашего сына или дочь, когда придёт время посвящения Ваэссиру. Ваши дороги должны разойтись. Только так ты сможешь защитить их в войне, которая предстоит тебе. Твой Первый из Восьми, Сехир, будет охранять Тэру, станет ей соратником, если придётся – то и супругом, и названным отцом вашего ребёнка. Но ты не приблизишься к ним более. Таково моё условие, Хэфер Эмхет.

Точно задвинулась с тихим скрежетом камня по камню крышка саркофага, хороня его заживо. Рассвет надежды и закат мечты.

В погребальном молчании Хэфер протянул руку, коснулся любимого застывшего лица. Мир подёрнулся пеленой, скрывшей остроту чувств и яркость красок. Он обещал, что не оставит её… Она не простит его…

— Навсегда?..

— Покуда ты нужен своему трону.

Жизнь наследника Эмхет принадлежала его трону и Обеим Землям. Не наступит дня, когда он не будет нужен.