Книга Выбор богов. Книга 2, страница 131 – Анна Сешт

— Нет, чтобы самим притащить его – заставляешь меня брести незнамо куда, – отчётливо донеслось до Хэфера. – Будь ты хоть трижды освящён благословением Ануи – я не обещаю тебе чудес. Если что, зашью красиво – будет почти как живой. А на ноги поднять не обещаю. Вот и товарищу своему так же скажи. А то не выпустите из этого болота…

Царевич скрестил руки на груди, напоминая себе, что должен молчать. Весь разговор предстояло вести воину. Женщина хмуро зыркнула на него и села рядом с эльфом, уложила суму, стянула перчатки.

— И впрямь остроухий, гляди ж ты, – удивилась она и откинула покрывало – хотя Ануират, скорее всего, предупреждал.

Под приглушённые причитания, где это они умудрились найти бедолагу, что сделали с ним, зачем потащили в болото помирать, и что милосерднее если не отнести к ней в мастерскую, то просто быстренько утопить здесь же, бальзамировщица осматривала раны. Похлопав эльфа по щекам, она приподняла его веки и недовольно прищёлкнула языком.

— Ну чего встали, избранные? – ворчливо спросила она. – Костёр хоть разожгите. Новое пойло делать будем. А лучше всё-таки в мастерскую… изуверы. И темно уже вон как! Ты б ещё в глухую ночь за мной пришёл, солдатик. Подсветить придётся ярче.

Ануират явно сдерживался, чтобы не ответить, что он обо всём этом думает. Хэферу было безразлично – лишь бы дело сделала. Молча он пошёл разжигать костёр – с недавних пор это ему удавалось особенно хорошо. Главное было следить, чтоб не полыхнуло слишком жарко.

— Славно. А ты не стой храмовой колонной – помоги переворачивать. Не те уже мои годы, бойцов на своём горбу таскать да ворочать.

Бабка хоть и оказалась сварливой, а дело своё знала – явно не просто так свой хлеб в деревне ела и не только мёртвых готовила к последнему пути, но и живым помогала удержаться на Восточном Берегу подольше. Мысленно Хэфер возблагодарил Богов. Пока всё складывалось более чем удачно…

В следующий миг Эрдан вдруг взвыл не своим голосом.

— Тьфу ж ты, племя безрогое! Чё орёшь? Я тебя даже не режу – гной, видишь, давлю.

— Ты обещал! – хрипло закричал эльф на родном наречии. – Ты обещал мне!

— Чё он там скулит, эй? – бальзамировщица всплеснула руками. – Да куда ты ползёшь-то от меня, стой! Али жить не хочешь?

Хэфер мгновенно оказался рядом с Эрданом, удержал его за плечи, прижимая к земле.

— Тихо, тихо… Всё хорошо, – говорил он по-эльфийски. – Я обещал. Ты вернёшься домой.

— Ты обещал… целителя… – эльф закашлялся, попытался вырваться. – Но ты тоже… привёл меня к вашим колдунам смерти! – в его глазах страх смешивался с гневом, осознанием несправедливости. – Они сохранили часть меня для Вечности… Так это называется у вас, да? Я видел свою руку в ларце, полном белого песка!

— Натрона, – инстинктивно поправил Хэфер, отказываясь думать, кому могла потребоваться забальзамированная рука королевского сына и для каких целей.

— Бальзамировщики отсекли мне руку!

Царевич надеялся, что жрица не поняла ни слова. В этих краях эльфы вряд ли появлялись. Вполголоса он успокаивал Эрдана, раз за разом повторяя своё обещание, что защитит его, поможет вернуться домой, уговаривая позволить заняться ранами. Но только самые последние слова помогли:

— Моя супруга – бальзамировщица, – очень тихо, так, чтобы слышал только Эрдан, проговорил Хэфер. – И жив я лишь благодаря ей.