Книга Выбор богов. Книга 3, страница 165 – Анна Сешт

А потом Ренэф подумал о тех, кому придётся отвечать за его смерть перед Императором и царицей. Нет, он просто обязан вернуться.

Следующие два дня прошли как на углях. Казалось, все уже всё знают, следят, выжидают. Случайные взгляды, оговорки – всё воспринималось в этом свете.

Ахратта молчал – не подавал знаков и уж тем более не заговаривал. Ренэф гадал, скольких успел подговорить воин, и кто прикроет их отход. Как южанин вообще представлял себе это «из Кирмы уйдём тайком»? Если пытаться улизнуть ночью, когда патрули усилены – риск быть пойманными велик, хотя они оба и знали распорядок. А уходить во время собственного дозора не позволяла уже честь, не страх. Да и не ставили их в один дозор никогда, по понятным причинам.

Было ли влияние Ахратты в Кирме так велико? Насколько больше значили для южан старые традиции, чем закон? Кирану говорила, что закон не позволит решить всё «как в старину». Речь, наверное, шла о ритуальных поединках с последующим ритуальным же кровавым пиршеством. Но даже если в Кирме уже не пожирали сердца врагов и не делали тотемы из частей тел проигравших – священная охота действительно могла быть для многих здесь важнее, чем следование порядкам в гарнизоне. А ведь на порядках держалась безопасность.

Размышляя обо всём этом, как военачальник, Ренэф понимал, насколько же тяжело удерживать под контролем последний примкнувший к землям Империи сепат. На протяжении всей своей истории сепаты Таур-Дуат тяготели к независимости – даже после древнего объединения Верхней и Нижней Земли. Но Нэбу – более прочих. Сколько веков вражды, сколько невозможных попыток договориться, понять друг друга, сколько различий! И если бы сами уроженцы Нэбу не хотели объединения, не удерживали здесь власть по договору с Императором, не охраняли дальние границы от диких племён – Владыке пришлось бы ещё труднее. Недаром предки Ренэфа выстраивали гарнизоны на юге и не жалели казны на поддержание войска, когда о прочных долгосрочных союзах с Нэбу говорить не приходилось. Мотивы, идеология, сам образ жизни этого народа отличались от привычных. Но и южане были неотъемлемой частью Таур-Дуат во всём её многоликом величии. Ренэф был рад, что ему удалось узнать эту сторону жизни Империи, в основном – благодаря Кирану.

Сама Кирану тоже не появлялась эти два дня – готовилась, как и сказала. Царевич поймал себя на том, что быстро успел соскучиться, но сам встреч не искал – ждал положенный срок.

На третий день Ахратта подсел к нему во время трапезы. Южанин держался не то чтобы дружелюбно – это вызвало бы подозрения – но вполне нейтрально. А когда он зыркнул по сторонам, другие солдаты отсели чуть дальше, как будто сами. Подслушивать их разговор никто не рискнул.

— Через день, на рассвете, – тихо сказал воин, поглощая свою порцию наваристой сладковатой каши с орехами и кусочками местных фруктов. – Боукори уходят и приходят свободно – у них бывают дела в джунглях. Но и им часто нужна защита воинов. Уйдём, не привлекая лишнего внимания. Законно, – южанин хмыкнул. – Почти.

— А если не пройдём? – равнодушно спросил Ренэф, не глядя на него.

— Значит, повезло тебе. Но я всё подготовил.

— Надеюсь, что так. А то как бы твоим планом не оказалось просто трусливо подставить меня перед командованием.