Книга Память мёртвых на Весах Истины, страница 158 – Анна Сешт

Некоторое время Шепсет и Рамсес просто беседовали, делясь радостью от их невероятной встречи и какими-то общими воспоминаниями. Молодой правитель смеялся, то и дело нежно брал её за руки, словно никак не мог поверить, что жрица сидит прямо перед ним. Что она больше никуда не исчезнет.

Шепсет была невероятно рада видеть его, но почему-то теперь не испытывала того щемящего сердце волнения, как прежде, когда смущалась в его присутствии. А ещё нет-нет, но думала о том особенном чувстве надёжности, соприкосновения с чем-то настоящим, когда рядом был Нахт. Вместе, спина к спине, против целого мира.

Как странно, что её невозможное тайное желание всё-таки исполнилось – но она вспоминала другого. Нет, ни к чему сейчас было думать о меджае.

— До меня и правда доходили самые разные слухи. Но знаешь, мне совершенно неважно, что там говорят о твоей смерти и возвращении. Важнее для меня, как ты жила. – Рамсес чуть подался вперёд. Его глаза сияли. – Расскажи! Расскажи мне всё!

Шепсет медленно кивнула, не зная даже, с чего начать. Вряд ли ему интересно будет слушать о том, как она пыталась вспомнить себя, очнувшись у бальзамировщиков. Как Нахт спас её. Как она жила в гарнизоне Усерхата и как потом выбиралась из Уасет. Но жрица могла – и должна была – поведать ему о Сенедже, о сгоревшем гарнизоне и нападении на храм Хэр-Ди.

— Я… мне столько тебе нужно рассказать. Предупредить тебя, – её голос упал почти до шёпота. – Здесь мы правда можем говорить свободно, ничего не опасаясь?

Рамсес серьёзно кивнул, пристально глядя на девушку, готовый слушать. Он всегда умел хорошо слушать и этим располагал к себе даже такие закрытые сердца, как у Шепсет.

— То, что ты искал меня, означает, что ты… в самом деле веришь в мою невиновность, – начала она, и Рамсес чуть сжал её руку в своей тёплой ладони. – Я благодарна тебе за доверие. Оно придавало сил, когда меня обрекли на смерть. Придало сил и теперь. Все свои умения я положила на то, чтобы найти тех, кто устроил заговор против твоего отца. Когда-то я уже предупреждала, чтобы ты пригляделся к своему окружению и не доверял никому. Но всё оказалось ещё страшнее…

— Знаю, моя дорогая, – Рамсес грустно усмехнулся. – Каждый день я живу словно под прицелом десятка лучников. Я, которого нарекли теперь Божеством Обеих Земель, вынужден опасаться собственной тени. Да, меня возвысили, но будто бы лишь потому, что мной легко управлять. В итоге ко мне теперь прислушиваются едва ли не меньше, чем когда я участвовал в советах отца. – Он чуть оскалился. – Для народа я – Владыка Та-Кемет, их защитник и посредник перед Богами. Но я словно… стал золочёной статуэткой Божества, символом власти, с которым не считается моё ближайшее окружение.

Так вот как он ощущал себя. Как и сама Шепсет, словно в ловушке, наделённый огромной властью, которой даже не мог распоряжаться. Жрица укрепилась в своём решении: она действительно была нужна ему как никогда.

— Они предпочитают, чтобы я не задавал вопросов, – продолжал Рамсес. – Просто похоронил отца с почестями и забыл о том, что случилось на празднестве Опет. Справлял необходимые ритуалы, радовался на пирах в мою честь, не думал о бедах людей. А вокруг меня… слишком мало тех, кому могу по-настоящему доверять, Шепсет. Многие мои подозрения уже оправдались. Я могу назвать тех, кто приложил руку к заговору, и при этом не имею права произнести их имена вслух, покарать прилюдно – потому что они поддерживают мою власть. Мой трон словно ворох раскалённых углей.