Книга Запретная. Моя, страница 154 – Элла Савицкая

— Понятия не имею. Если ничего интересного, можем придумать что—то другое.

— Не хочу другое, – мотаю уверенно головой.

В памяти всплывают картинки нашего последнего с ним похода в кино. Тогда он довел меня до оргазма прямо в зале.

Боже…

На щеки наползает жар, и по глазам Руслана я вижу, что он тоже это вспоминает. В них разжигается огонь, скулы вздрагивают.

— Значит, идем в кино, – хрипло произносит он.

Я хватаю чашку с чаем и делаю крупный глоток. Даже не верится, что это было на самом деле. Кажется, в прошлой жизни, но ощущения свои я помню, как будто испытала их сейчас. Острые, запретные, пьянящие.

Между ног простреливает спазм. Я сама себя одергиваю.

Изо всех сил стараюсь переключить мысли на другую тему. Менее опасную.

Врач сказала никакого возбуждения в ближайшие месяцы. Нельзя, чтобы живот напрягался, поэтому и воспоминания нужно блокировать.

Было бы это так просто.

О чем там подумать, чтобы переключиться?

Не успеваю я прикинуть варианты, как в дверь раздается звонок.

— Ты кого—то ждешь? – спрашивает Руслан.

— Нет.

Встаю и иду открывать.

Толкнув дверь, напарываюсь на до боли знакомое лицо.

Славик стоит, засунув руки в карманы джинсов. Выглядит неуверенным и даже виноватым.

— Привет, – голос звучит нерешительно.

— Здравствуй, – отвечаю, замечая, как его взгляд скользит по моему животу.

На мне сейчас обтягивающая майка, потому что по дому ходить в объемной футболке жарко. На улице лето, а здесь нет кондиционера. Приходится выкручиваться меньшим количеством одежды.

— Я собиралась тебе звонить, – невольно тяну за подол, чтобы прикрыть открытую полосу кожи.

— Ага. Твоя матушка уже набрала. Скандал устроила, – выдает в слегка обвинительной манере.

— Мне жаль. Но на сколько я поняла, ты должен был мне принести деньги еще давно.

— Я не смог тогда. Думал зайти позже. Но она блядь бучу такую подняла, как будто я их себе забрал.

— А это не так? – осторожно интересуюсь, рассматривая острые линии его лица.

Я не видела его несколько недель, за которые он ни капли не изменился. Только глаза стали более холодными.

— Не так. Я просто видеть тебя не хотел.

— Оу… – что ж, во всяком случае, честно.

Он открывает рот, чтобы сказать вероятно что—то еще не очень приятное, как вдруг переводит мне взгляд за спину и молниеносно меняется в лице.

Глаза округляются, губы складываются в тонкую линию.

— Серьезно? – выдает на выдохе, снова вернув взгляд на меня, – Даша, ты серьезно? Ты че блядь снова с ним?

— Выражения выбирай, – звучит строго за моей спиной.

Руслан мягко отодвигает меня в сторону, занимая позицию так, чтобы стоять ближе к Славику, который начинает от чего—то хохотать.

— Бляяя, да вы стоите друг друга. Одна мазохистка, другой садист, – мерзкий смех заползает под кожу, и я машинально тру ее.

— Слав, – зову, и он смотрит на меня, как на букашку под ногами.

— Ну ты и дура, Дашка. Какая же ты дуууура.

Не успеваю моргнуть, как смех сменяется глухим стоном. Это Руслан ударил Славу в челюсть и тот схватился за лицо.

— Ты пришел деньги отдать? Отдавай, – Руслан требует, нависая над ним, как коршун.

Мое сердце заходится от волнения.

Я не хочу снова всего этого.

— Пиздец, – сквозь истеричные нотки, смеётся Славик. – Я такой дебил. Думал, можно пробиться к тебе, а хер. Ты же сдохнешь и на смертном одре будешь все равно только о нем грезить.