Книга Запретная. Моя, страница 58 – Элла Савицкая

— Зачем мне его держать, если его ждёт девушка? – смотрю непонимающе на женщину.

— Там такая девушка, – фыркает она, – в подметки тебе не годится. Надо быть хитрее, Даш, умнее.

— Зачем? – повторяю вопрос. – Мы со Славой просто друзья.

— Так надо это исправлять. Сколько лет уже дружите. Знаете друг друга, как облупленных, и все вокруг да около ходите.

Раздражение собирается вылиться в немного грубый ответ, но мама, вероятно, почувствовав это, мягко гладит меня по спине.

— Дети у нас уже взрослые, – произносит твёрдо, – сами решат хотят они менять формат отношений или нет. Не нам туда лезть.

Посылаю ей благодарный взгляд.

Сколько раз я произносила фразу «мы друзья», но она не имеет никакого веса для четы Белозёровых и это порядком надоело.

Из сумочки доносится звук входящего сообщения, и извинившись, я отхожу, чтобы прочитать от кого оно.

Имя Руслан на экране, как и всегда, действует как укол адреналина в вену.

А текст «Выходи», разгоняет пульс практически до максимума.

— Мам, я выйду, – бросив маме на ухо, быстро направляюсь к выходу из дома.

Забыв даже о куртке, выхожу на улицу и спускаюсь вниз по ступеням.

Мороз тут же щиплет кожу, но подгоняемая желанием скорее увидеть Руслана, я не чувствую его. Выхожу за ворота и от неожиданности притормаживаю.

Около Лады стоит Руслан с огромным букетом роз. Но привлекают моё внимание даже не цветы.

Дыхание перехватывает от того, как он выглядит. В строгих черных брюках, и идеально выглаженной белой рубашке, подчёркивающей ширину его плеч. Верхняя пуговица расстегнута, открывая вид на его крепкую шею. Волосы затянуты на затылке в низкий хвост, а не в беспорядке, как обычно. Одна рука в кармане.

Настолько непривычно смотрится на фоне того, каким я привыкла его видеть.

Руслан выглядит так, словно сошел с обложки глянцевого журнала. И таким красивым, что у меня внутри всё сжимается. Я не знала, что он может быть таким. Нет, знала, конечно. Просто никогда раньше не видела.

Ему так чертовски идёт этот образ, с ума сойти можно.

Не замечаю, как расплываюсь в улыбке и уголки губ Руслана тоже дергаются.

Он наклоняется, достаёт что—то с переднего сиденья и ступает ко мне на встречу.

Мы останавливаемся в шаге друг от друга.

Только сейчас замечаю, с какой жадностью он на меня смотрит. Оглядывает новогодний наряд, в качестве которого я сегодня выбрала легкое красное платье, длиной чуть выше колен, с расклешенной юбкой. И черные туфли на каблуке.

— С Новым Годом, – говорит, возвращая горящий взгляд мне в глаза.

— С Новым Годом, – почти шепчу, когда он вручает мне букет, накидывает на плечи пиджак, который достал из машины, а потом притягивает к себе за лацканы и целует.

В груди взрывается фейерверк.

Я льну к нему, не желая отрываться, но Руслан отстраняется.

— Пойдём, у меня для тебя подарок.

Берет меня за руку и в этот момент, как гром среди ясного неба нам в спину прилетает требовательный голос отца.

— Дарья! Сюда подойди.

Мы останавливаемся, я резко оборачиваюсь.

Папа стоит около ворот, сложив руки на груди. Мама рядом.

Смотрю на Руслана, его лицо становится нечитаемым. Пальцы крепче сжимаются вокруг моих, так, как если бы он не хотел меня отпускать.

— Пойдём, – произносит вдруг спокойно.

Тревога волной катится под кожей, но я иду. Папа, заметив, что мы подходим вдвоём, недовольно сжимает губы.