Книга Любовный треугольник, страница 13 – Элла Савицкая

Его губы находят мои, язык проникает в рот. Мы долго целуемся, сильные руки зарываются в мои волосы, сминают кожу, сжимают ягодицы. Слышу, как шелестит фольга и отрываюсь на несколько секунд, чтобы он надел презерватив. Пока делает это, стараюсь не позволять мыслям утекать в другое русло, а они то и дело норовят это сделать. Рвут сознание, достают оттуда совершенно другой образ.

Со злостью стискиваю зубы, и едва Леша справляется с защитой, тут же припадаю к его губам.

— Нетерпеливая моя, — смеётся он, гладя меня через тонкую ткань трусиков.

Сдвигает полоску в сторону, приставляет ко входу тугую головку и через мгновение я чувствую, как он меня заполняет.

Хрипло стонет, а я крепко зажмуриваюсь. Под размеренные толчки, пытаюсь отыскать в себе хотя бы малейшую ответную реакцию.

Но как не стараюсь, оргазм испытать не получается. Когда по рваным и напряженным движениям понимаю, что Леша на пределе, имитирую его, громко вскрикнув и сжав мышцы промежности.

Леша кончает сразу же, сильно вцепившись в меня и прижавшись к губам.

Дышит тяжело и улыбается.

Я делаю тоже самое, а после встаю с его колен.

— Ты спать идёшь? — спрашиваю, надевая рубашку.

— Пока нет, фильм досмотрю, — тоже натягивает джинсы обратно и застёгивает ширинку. Обдает меня теплым взглядом, — Ты ложись, солнце, если хочешь.

— Да, я пойду. Выспаться хочу.

Развернувшись, ухожу в спальню и, наконец, добираюсь до кровати. Укрываюсь одеялом по самый нос, как вдруг чувствую слезы на щеках. Они текут не прекращаясь. Горло дерет ком, а в груди боль такая, что выдержать почти невозможно.

Утыкаюсь лицом в подушку, чтобы не выдать себя всхлипами и реву.

Дура! Такая дура! Зачем я поехала в это чёртово кафе? Нужно было стоять на своём и отказаться.

«Потому что часть тебя хотела увидеть его» — издевается внутренний голос.

Хотела. До дрожи в кончиках пальцев хотела, только теперь что? Снова ждать, пока отпустит? Снова все круги ада?

Леша ложится спать через полчаса. Засыпает почти сразу, а я всю ночь лежу, уткнувшись в потолок. Из-за закрытой двери памяти, подобно ночным демонам, выбираются воспоминания и съедают меня заживо.

Как мы с Давидом гуляли по городу, как оба пытались держаться друг от друга подальше, но у меня получалось хуже. Как сорвались и … боже, кажется я была самой счастливой за те три месяца, что мы были вместе.

Если бы можно было, я бы душу дьяволу продала лишь бы иметь возможность быть с ним. Лишь бы его семья была другой и приняла меня. Лишь бы ему не пришлось делать выбор, а мне… отпускать его.

К утру у меня страшно болит голова. Еле добираюсь до университета. Покупаю себе кофе, и подхожу к своей аудитории. Пока Мари нет, останавливаюсь рядом с окном и залезаю в телефон.

Сегодня у нас зачёт, а потом весь остаток дня свободный. Леша до вечера будет на работе, я же на несколько дней отпросилась, чтобы сдать сессию.

— Привет, Оль.

Поднимаю голову на подошедшую Мариам. Подруга выглядит немного взвинченной, глаза блестят, щеки алые.

— Привет, — убираю телефон в сумочку, рассматривая её внимательно.

Примерно понимаю из-за чего такие изменения. Одно имя — Демьян… Мы с ней одновременно влюбились, когда учились в одиннадцатом классе. Я — в Давида, она в его лучшего друга — Демьяна. И мы же обе их отпустили, когда они закончили университет. Обе справлялись каждая со своим горем, но были все это время рядом и поддерживали друг друга, как могли. Стали крепкой нерушимой опорой, за что и любим друг друга так, как никто, наверное, больше.